Книга Попаданка. Драконы. Бунт против судьбы, страница 91 – Диана Эванс

За окном уже серело. Где-то вдалеке запел первый петух.

— Значит, завтра я должна буду сразиться с медведем в каменной ловушке, — подвела итог Эстрид, ее пальцы сплетались с его.

— Да. Но я буду рядом.

— Как? Тебя же не допустят.

Архайон ухмыльнулся — по-драконьи, с демонстрацией чуть заострившихся клыков:

— Я найду способ. Возможно, в виде мыши. Или таракана.

Она рассмеялась — громко, неожиданно для самой себя, и он поцеловал ее, заглушая смех.

— Серьезно, таракан?

— Ты предпочитаешь летучую мышь?

Когда рассвет окончательно заалел за окном, они все еще не спали. Теперь Эстрид сидела, завернувшись в простыню, а Архайон стоял на коленях за ее спиной, заплетая ее волосы в сложную косу — удивительно аккуратно для таких больших рук.

— Откуда ты умеешь это делать? — удивленно спросила она.

— Я старше твоего королевства, дорогая. У меня было время научиться.

Она почувствовала, как его губы коснулись макушки, и закрыла глаза. Завтра ее ждало испытание. Возможно, предательство. Вероятно, боль.

Но сейчас, в этот миг между ночью и утром, между страхом и отвагой — они были просто ими. Двумя душами, нашедшими друг друга в этом древнем, жестоком, прекрасном мире.

Архайон закончил косу и обнял ее со спины:

— Готовься, солнце встает.

За дверью уже слышались шаги слуг. Их ночь закончилась.

Но что-то внутри Эстрид знало — это было только начало.

Утро после той ночи с Архайоном выдалось тревожным не из-за сожалений, а из-за того, что его отголоски были грубо оборваны. Эстрид разбудили ещё до рассвета, когда серый свет только-только начал ползти по стенам её комнаты. Слуги в безликих серых одеждах не произнесли ни слова, лишь молча, но неотступно жестами указали ей следовать. Они привели её глубоко в подземелья Дома Каменного Корня, туда, где воздух был густым и тяжёлым, пахнущим сырым камнем, вековой плесенью и все тем же едким, холодным запахом железа.

Лорд Баррик ждал её у массивных, грубо сколоченных дубовых дверей, которые, казалось, были не вставлены в проём, а высечены прямо в скальной породе, сливаясь с ней воедино.

— Ты до сих пор уверена, что хочешь пройти это испытание? — спросил он, скрестив на могучей груди руки, покрытые шрамами старых битв. Его голос гулко отражался от каменных стен. — Даже истиннорождённые драконы не всегда выдерживают «Обряд Корней». Он иссушает не тело, а саму связь с магией. Многие сходят с ума от тишины внутри себя.

Эстрид не ответила сразу. Она прислушалась. Из-за дверей доносилось тяжёлое, хриплое дыхание, прерываемое низким рычанием, и периодический скрежет чего-то твёрдого и острого по камню когтей. Больших, очень больших когтей.

— Я не отступлю, — сказала она твёрдо, поднимая подбородок. — Я пришла за знанием и я пройду через всё, что потребуется.

Баррик кивнул, и в его каменных глазах мелькнуло что-то похожее на уважение, тут же спрятанное под привычной суровостью. Он отступил в сторону, освобождая путь к чудовищной двери.

— Тогда вперёд, но помни правила, чужестранка: если сдашься и крикнешь о пощаде тебя вышвырнут из Дома, и твой позор будет известен всем кланам. Если погибнешь, твоё тело отдадут на съедение драконам в знак уважения к павшему воину. А если выживешь…

— Тогда я докажу, что достойна стоять среди вас, — закончила за него Эстрид.