Книга Брак по расчету. Наследник для Айсберга, страница 73 – Лена Харт

— Н-нет.

Он надавливает сильнее, и я дрожу от предвкушения. Он, кажется, воспринимает это как приглашение и вводит в меня кончик пальца.

— Ох, блин, — закрываю глаза, когда по телу пробегает мощная судорога.

Его стон — низкий, гортанный, полный удовлетворения.

— Но ты позволишь мне войти в тебя так, правда?

Боже, он может войти в меня где угодно и когда угодно.

— Д-да.

Он двигает одним пальцем в моей попке, одновременно удерживая два других в моем лоне.

— Хорошая девочка.

Чувствую, как из горла вырывается стон.

Я так близко.

— Кирилл, прошу!

Но вместо того, чтобы сжалиться, он убирает пальцы. Стону от потери и безвольно обмякаю на его коленях.

Он все-таки решил меня наказать?

— Иди ко мне, corazón, — шепчет он, усаживая меня на скамью так, чтобы я оседлала одно из его мощных бедер. Он обхватывает меня за талию, а другой рукой запускает пальцы в волосы, удерживая на месте. — Есть что-то невероятно сексуальное в том, что ты голая сидишь у меня на коленях, пока я в костюме.

Начинаю двигать бёдрами.

Твердость его мышц между моих ног заставляет удовольствие скручиваться в тугой узел.

— Да, похоже, у тебя на это пунктик.

Кирилл прижимается губами к моему уху.

— Ты не заслужила разрядки.

Обиженно дую губы.

Он нежно проводит языком по моей шее, очерчивая подбородок.

— Но я бы хотел посмотреть, как ты доведешь себя сама, прямо на моем бедре.

Дрожу от его слов, а он, не теряя времени, припадает губами к моему соску, нежно втягивая его в рот. Стону его имя, запуская пальцы в густые волосы и извиваясь на его бедре.

Несмотря на свои слова, он медленно подводит меня к пику, лаская мою грудь, дразня ноющие соски, пока я не оказываюсь на грани. Он крепко обхватывает мои бедра, прижимая к себе, и я с силой трусь о его ногу.

Больше не в силах сдерживаться, запрокидываю голову, и меня накрывает оргазм.

Теплый, тяжелый, всепоглощающий.

Кирилл возвращает меня в реальность, обнимая за талию и нежно покусывая шею.

Когда зрение проясняется, смотрю в его потемневшие глаза, все еще пытаясь отдышаться.

Он усмехается, глядя вниз.

— Ты тут все залила, corazón.

Прослеживаю его взгляд.

Щеки вспыхивают, когда я вижу влажное пятно на его дорогих брюках. Все его левое бедро мокрое от меня.

— Прости, я…

Он прерывает меня, крепко сжимая мой подбородок. Его темные глаза опасно сужаются.

— Даже не думай извиняться за то, что оставила на мне свой след.

Сжимаю губы, чтобы не извиниться снова.

— Одевайся, corazón. Мы уходим, — говорит он, снимая меня с колен. Затем берет со стола тканевую салфетку, вытирает брюки и прячет влажную ткань в карман пиджака.

— Это воровство, — с озорной ухмылкой говорю, подбирая с пола трусики.

— Чтобы никто, кроме меня, не мог прикоснуться к соку моей жены? — рычит он. — Или даже почувствовать его запах?

Не знаю, злится ли он до сих пор, но даже если и так, секс-примирение с Кириллом Князевым обещает быть еще жарче, чем наша прелюдия.

Кирилл

С той самой минуты в ресторане я не мог думать ни о чём другом, кроме как о том, чтобы взять её. Но искушение дразнить её, играть с ней, сильнее простого животного желания. Даже в машине, пока она всю дорогу сидела у меня на коленях, я упивался её мучительным ожиданием, не позволяя себе перейти черту.

Но теперь, когда мы остались наедине в нашем пентхаусе, я собираюсь забрать себе каждый сантиметр её тела, каждую её мысль. Мы пожираем друг друга глазами, и наше сбившееся дыхание — единственный звук в тишине. Она изгибает бровь — дьяволица, она прекрасно знает, какой властью надо мной обладает.