Книга Верить ли словам?, страница 37 – Юлия Крымова

Хотя мой партнер по танцам и сам ничего не говорит. Молча кружит меня, закрывая широкой спиной от любопытных глаз.

— Спасибо, — наконец-то шепчу.

— Скажешь мне это в конце, если твои ноги останутся целыми, — произносит максимально серьезным тоном, но я смеюсь.

Опускаю взгляд на носки своих дорогущих туфель, думая, что в любом случае, мне будет их не жаль. Чего не скажешь про обувь Марата Темирова. Она начищена до блеска. Поэтому ноги я все же переставляю максимально осторожно.

Легкая джазовая музыка ведет нас. Посторонние голоса и смех становятся тише.

— Тебе не понравилась презентация? — спрашиваю, склонив голову ближе, чтобы не перекрикивать саксофон. И тут же жалею, потому что жест выходит слишком интимным. Дистанции между нами и так почти нет. Ткань его черной рубашки соприкасается с тканью моего платья цвета маренго. Исходящий от него аромат хвойного леса смешивается с моими духами «Черная орхидея». А запах, что в итоге получается, кажется, теперь станет моим любимым.

— Разве это имеет значение? — летит мне вместо ответа.

— Для меня имеет.

Господи! Почему это звучит так двусмысленно? Я хотела сказать, что мне любопытно понять, что не так? А вышло, будто я пекусь о его мнении.

— Мне все понравилось, Диана.

Не хочет говорить? Не доверяет? Думает, передам Сергею его замечания? Или хочет высказать их сам ему лично?

Потому что люди, которых все устраивает обычно максимально расслаблены. У них искрятся глаза, сияют улыбки. А Марат… Его взгляд острый, слегка прищуренный, будто настороженный.

— Надеюсь, моя сестра не доставила вчера тебе хлопот?

— А должна была?

— Нет, но она умеет быть непредсказуемой.

— Я заметил.

Что? Мне хочется его растормошить и сказать, что слова, они бесплатные. Что это не заказная телеграмма, где каждая точка стоит денег. Что можно отвечать более развернуто и понятно.

— Так мне стоит переживать?

— По поводу сестры? Думаю, она уже взрослая девочка.

Он это специально делает? Ведь не может не понимать, как это звучит? Но все равно выбирает именно такую формулировку. Что я вспыхиваю желанием «нечаянно» наступить шпилькой ему на ногу.

Это не танец, а пытка! Мне хочется, чтобы музыка поскорее закончилась. Но вместе с тем, я радуюсь, когда одна мелодия сменяется другой, а мы продолжаем плавно двигаться.

Марат и не думает отстранятся. Словно он пригласил меня вовсе не ради того, чтобы помочь отвадить очкарика. Или ему настолько скучно, что он готов крутить меня по залу, лишь бы не общаться с гостями?

Тогда я его расстрою, на таких мероприятиях подобная схема не работает. И мой муж, который спустя минуту оказывается возле нас с главным архитектором «Интер-Строй» лишь это подтверждает.

Они увлекают Марата Темирова в какой-то оживленный разговор. Ну а я, пользуясь моментом, передаю сообщение через секретаря Сергея, что уезжаю, и направляюсь к выходу.

Мое присутствие здесь уже не обязательно. Поэтому я спешу домой, чтобы с чистой совестью смыть макияж.

Стоя посреди гостевой спальни, я стаскиваю с себя платье и черти как бросаю его прямо на стул. Иду принимать душ. Затем долго и тщательно мажусь кремом и лосьонами. И все это время стараюсь побороть дикое желание позвонить Марине.

Любопытство узнать, чем же закончилась их вчерашняя встреча с Маратом буквально распирает.