Книга Верить ли словам?, страница 60 – Юлия Крымова

Их мало, однако я всматриваюсь в них дольше остальных. Пользуюсь моментом, что могу себе позволить рассмотреть его получше. Не переживая, как выгляжу со стороны и что подумают. Просто откидываюсь на подушку и впиваюсь взглядом в экран.

У Сергея нет аккаунта в социальных сетях, и сейчас, блуждая на странице другого мужчины, пальцы начинают зудеть, словно я делаю что-то противозаконное. Опасное и неправильное. По ощущениям — будто проникаю ночью с фонариком в незнакомый дом. Тайно пробираюсь на чужую территорию. И даже дышу через раз, боясь, что кто-то услышит. Кто-то войдёт и застукает с поличным.

Больше всех мне нравится черно-белый снимок. Марат на нем запечатлен в полный рост. Темный ежик стриженых волос спрятан под капюшоном. А серьезный, чуть прищуренный взгляд смотрит в камеру. Да так, что, кажется, прямо на тебя. Поэтому я не выдерживаю. Опускаю глаза на его серую толстовку.

Кофта полностью расстегнута, а под ней, разумеется, ничего нет. Лишь спортивный, идеально проработанный торс, который запросто можно использовать как ходячий учебник по биологии. Наглядное пособие для изучения различных видов мышц. С четко прорисованным прессом, что переходит в соблазнительно вылепленные косые.

Визуально это выглядит как крупная рельефная стрелка, утекающая под резинку шорт. А из-за того, что снимок черно-белый, тени особенно удачно играют на мужском теле, добавляя ему притягательности.

Я сглатываю и только тогда понимаю, что непозволительно долго таращусь на него.

Когда хочу наконец-то перелистнуть снимок, промахиваюсь и вместо значка «далее» тычу по центру экрана. Так, что сердечко от меня мгновенно улетает под фотографию Марата Темирова.

Нет! Нет! Нет! Судорожно жму «отмена». Чувствую, как щеки вспыхивают моментально, а ладони становятся влажными.

Он ведь не заметит, правда?

«Я успела убрать лайк». «Успела!!!» успокаиваю себя.

Трясу головой и напряженно выдыхаю. А в следующую секунду, словно по команде, кружочек под аватаркой Марата вспыхивает зелёным.

Хозяин страницы появляется в сети, заставляя меня дрожащими, как у преступницы, руками заблокировать телефон и отбросить его куда подальше.

— Диана, милая, ты не против морковных кексов на десерт? — уточняет свекровь, выглянув из-за дверцы большого матового холодильника. — В последнее время только их и готовлю. Быстро, вкусно, а главное — полезно.

В воскресенье мы обедаем у Сережиных родителей. Стараемся соблюдать эту традицию минимум раз в месяц. Нонна Борисовна приучила. Мы с ней готовим и накрываем на стол, пока Сережа с отцом обсуждают рабочие моменты. Свекор хоть и отошел от дел, но предпочитает держать руку на пульсе. Сергея это, мягко сказать, не очень устраивает. Он злится, что отец его контролирует.

— Конечно, не против. Давайте, я помогу.

Пока Нонна Борисовна выкладывает на столешницу яйца и сливочное масло, я забираю мытую морковь и отправляю ее в кухонный комбайн. Просторная светлая кухня тут же наполняется жужжащим звуком, который заглушает спор Сережи с Геннадием Петровичем, что доносится из кабинета. Обычно у них гораздо тише, но сегодня разговор идет на повышенных тонах буквально с первых минут.

— Сядем тут или на веранде? — предлагает хозяйка.

— Давайте на улице. Хочется успеть напитаться солнцем перед холодами.