Книга Отпусти меня, страница 164 – Литтмегалина

В машине Надишь молчала, обессиленно откинувшись на сиденье, и застывшими глазами смотрела в окно. После перенесенного стресса она ощущала еще большее изнеможение, чем в тот день, когда у нее выкачали почти пол-литра крови. Она бы не отказалась сейчас посидеть где-нибудь в тихом, спокойном уголке, и чтобы Ясень принес ей чашку сладкого чая. За окном мелькнули знакомые объекты. Еще десять — пятнадцать минут, и она будет дома. Запрет дверь на замок. Заберется под одеяло. Закроет глаза, чтобы никто ее не нашел.

— И все-таки, Джамал… — тихо произнесла Надишь. — Зачем ты вез меня в пустыню? Что ты планировал со мной сделать?

— Я был так зол. Я понимал, что если отвезу тебя домой, то начну орать на тебя прямо там, в бараках. Все соседи услышат, как среди ночи ты ругаешься с мужчиной, обвиняющим тебя невесть в чем. Что сталось бы с твоей репутацией? Вот потому я предпочел место, где нас точно никто не подслушает.

— На все-то у тебя есть ответ, — пробормотала Надишь, устало глядя в окно.

— Такое обычно случается с тем, кто говорит правду.

«Ну или с теми, кто отлично лжет», — подумала Надишь.

Покосившись, она бросила на Джамала настороженный, изучающий взгляд. Джамал тоже выглядел усталым и измотанным. От злой нервной энергии, что наполняла его ранее, не осталось и следа — как будто в кувшине сделали пробоину, выпустив все содержимое.

У двери в барак Джамал долго держал ее в объятиях, хотя Надишь была измотана и мечтала лечь.

— Прости меня, прости… — повторял он. — Я так сожалею. Я не хотел напугать тебя…

— Я простила тебя, — сказала Надишь, лишь бы он наконец-то уехал.

— Спи спокойно, — Джамал целомудренно поцеловал ее в лоб на прощание.

Не дожидаясь, когда он скроется в ночи, Надишь повернула в замке ключ.

* * *

Той ночью Надишь не сомкнула глаз, ворочаясь на своей узкой кровати. Ей было так муторно, и плач не помог бы. К рассвету она плюнула на все и, даже не подкрасив глаза кайалом, первым автобусом уехала к Ясеню. Ясень далеко не сразу подошел к двери и, прежде чем открыть, посмотрел в глазок.

— Вот уж не ждал тебя так рано, — сказал он, впустив Надишь в квартиру.

— Я тебе помешала?

— Нет. Я рад тебя видеть.

Сняв сандалии, Надишь ощутила босыми ступнями леденящий мраморный пол. Кондиционеры, которые Ясень всегда убавлял перед ее приездом, сейчас работали вовсю, и в квартире было холодно, как в морозильнике. Предплечья Надишь покрылись мурашками. Она обхватила себя руками и замерла, рассматривая Ясеня. Он был в чем мать родила, взъерошенный и сонный. «Как странно все бывает в жизни», — подумала Надишь. Попытки все упростить, отнести людей и события к какой-то категории лишь порождали ошибки. Вот, казалось бы: Джамал ее друг, а Ясень — насильник и злодей. А на деле она сейчас стоит здесь, надеясь отыскать в Ясене немного успокоения, тогда как в ее голове уже который час настойчиво стучит мысль: Джамал намеревался ее убить.

— Я лег пару часов назад. Меня вызывали ночью, — объяснил Ясень, по-своему растолковав ее растерянный взгляд.

— Возвращайся в кровать, — сказала Надишь.

Несколько минут спустя она сбросила с себя платье, скользнула к Ясеню под согретое им одеяло и наконец-то уснула.

* * *

— Вижу, ты все еще жива, — вздохнула Нанежа, даже не пытаясь скрыть разочарование.