Онлайн книга «Отпусти меня»
|
Джамал продолжил рассказывать. Одна история об унижении и насилии сменялась следующей, и Надишь уже стало физически плохо все это выслушивать, однако она терпела, позволяя Джамалу выговориться. В нем как будто сдвинулась лавина чувств и поползла, набирая скорость и погребая под собой его обычные скрытность и самоконтроль. Никогда раньше Надишь не видела Джамала в таком состоянии. Определенно, сегодня с ним было что-то очень не так… — Я несчастен, — сгорбившись и спрятав лицо в ладонях, выдохнул Джамал. — Самый несчастный человек в мире. Никого-то у меня нет. И внутри все время жжет, жжет… — У тебя есть я, — возразила Надишь. — Это уже кое-что. Она заметила слезы, сочащиеся меж его пальцев, и это совершенно ее поразило. Она не представляла, что огромный, сильный Джамал в принципе способен плакать — тем более в присутствии женщины. — Я люблю тебя, — вырвалось у нее. Она никогда не сказала бы этих слов Ясеню, однако же, обращенные к Джамалу, они были так легки, будто и вовсе не имели наполнения. Когда она обняла Джамала, пытаясь его успокоить, он немедленно притиснул ее к себе и жарко поцеловал в губы. Поцелуй показался Надишь неприятным и неуместным, к тому же в слюне Джамала присутствовала странная лекарственная горечь, как будто он выпил травяную микстуру или разжевал таблетку. Все же она не решилась оттолкнуть его, надеясь, что он остановится. Однако он продолжил, и Надишь ощутила нарастающий дискомфорт. — Тебе пора идти, Джамал… уже поздно… — Не прогоняй меня, когда мне так плохо, Надишь. — Я сочувствую тебе, Джамал. Но это уже лишнее, — она попыталась убрать со своей груди его руку, но Джамал воспротивился и сжал пальцы крепче. — Почему же? — спросил он. Внезапно его тон изменился. Стал язвительным, резким. — К этой груди уже столько раз прикасались. Если ее еще разок пощупать, так ведь с нее не убудет. — Даже если и так, — Надишь попыталась отстраниться, но Джамал удержал ее за талию. — Мне это просто не нравится. — А с ним нравится? — усмехнулся в ответ Джамал. Надишь посмотрела в его глаза и, обмирая от ужаса, обнаружила враждебный, лишенный адекватности взгляд. Поразительно, как быстро произошел этот переход: только что Джамал был уязвим и несчастен, и вот он уже злой и страшный. Его зрачки так расширились, что темные, с фиолетовым отливом радужки стали почти не видны, и Джамал глядел на нее этими черными дырками — пустота, отсутствие чувств. — Нет, не нравится, — произнесла она твердо, надеясь, что это охладит его. — Ах ты, моя маленькая врушка, — рассмеялся Джамал. — Лживая, скрытная и распутная. Что за характер, Надишь! Он вдруг разжал руки, как будто решил отпустить ее. Надишь вскочила, но Джамал, издав смешок, тут же снова схватил ее и, повалив на кровать, навалился сверху. — Ты обещал, — прохрипела Надишь, тщетно пытаясь столкнуть его с себя. — Обещал, что никогда меня не обидишь! — Какая же тут обида, Надишь? Тебя на работе ровеннский врач насилует, а ты и рада. И мстить ему не хочешь… и ненависти к нему не испытываешь, — насмешливо произнес Джамал. — Значит, тебе нравится, что он с тобой делает. Ну что ж, настала моя очередь тебя порадовать. — Ты рехнулся! Отпусти меня… — Я заставлю тебя забыть об этом мерзавце, — пообещал Джамал и впился в ее рот грубым, насильственным поцелуем. |