Книга Отпусти меня, страница 30 – Литтмегалина

— Предшественницей? — Ясень повернул к ней голову.

— Да, предыдущей. Думаешь, я поверила в твою брехню про четыре года воздержания? Не в нашей клинике, где столько беззащитных женщин. Уверена, у тебя отработанная схема.

— А… ну, конечно… как я мог забыть… Я же массово усыпляю девиц. Потом насилую. Конвейер практически. Как меня вообще хватает на вас всех, не знаю. Я работаю минимум двенадцать часов в сутки.

— Не жди, что я начну восхищаться твоей выносливостью. Так куда она делась? Покончила с собой? Не выдержала такой жизни?

— Нет, просто постарела. Ей двадцатник стукнул. Я решил от нее избавиться.

— То есть мне недолго с тобой мучиться…

— Если тебе повезет, станешь моей любимицей. Может, сможешь наслаждаться моим вниманием аж до двадцати двух, — Ясень перевернул мясо на другую сторону.

Надишь даже перекосило от такой перспективы. Ясень добавил мясо к овощам, закрыл духовку, поставил сковороду в раковину и включил воду. С Надишь действительно что-то происходило. Ее ступни согрелись и потяжелели, от кончика носа к щекам расходилось тепло. Она все еще оставалась напряженной и подавленной, но в то же время чувствовала нарастающее нахальство и желание поговорить.

— Надо же, белый господин сам моет посуду, — неловко съязвила она, когда Ясень, отмыв сковороду, начал собирать со стойки миски. — А где же твои слуги?

— Домработница прибирается в понедельник и пятницу — у нее есть ключи от моей квартиры. В остальные дни она только готовит мне ужин. В субботу и воскресенье у нее выходной.

— Разумеется, — Надишь старалась не показать, что впечатлена. — Не будет же знать опускаться до вульгарной уборки. Это только для нас, черни.

— Пока я жил в Ровенне, я был в состоянии поддерживать чистоту в своей квартире самостоятельно. Но там я не проводил по десять операций в день, — поставив посуду в сушилку и прихватив свой опустевший бокал, Ясень вернулся к стойке.

При его приближении сердечный ритм Надишь чуть усилился.

— Все ровеннцы так роскошно живут в Кшаане? — спросила она.

— Не все… но многие. Это один из способов нашего правительства заманить нас сюда. Как по мне, так стратегия провальная и деньги тратятся зря. Если люди решают все бросить и махнуть в Кшаан, то точно не ради домработницы и этого избыточного пространства. В одну из комнат я едва ли вообще захожу… — Ясень потянулся к бутылке. — По-моему, вина было больше.

Надишь красноречиво придвинула к нему свой пустой бокал — наливай, гаденыш.

— Да ладно? Люди на что только не пойдут ради такой квартиры…

Ясень снова разбавил ее вино водой. Если он продолжит в таком духе, то действительно подвергнется физическому насилию, хотя едва ли Надишь решится на тот вариант, который он так выпрашивал.

— Все эти финансовые стимулы цепляют только до тех пор, пока ты не имеешь достаточно. Но я-то вполне хорошо жил и в Ровенне. У меня были квартира, машина. Да, там я и близко не получал таких денег, как здесь, но мне хватало. А в Кшаане зарплату даже и потратить негде, — Ясень выдвинул стул и сел. — И эти высокие стулья, — он закатил глаза. — Как же они меня раздражают.

— Бедняжечка, — ядовито посочувствовала Надишь. — Его стильные стулья такие неудобные. Квартира слишком просторная. Зарплата до сих пор не потрачена. Куда нам с нашими мелкими проблемками.