Книга Отпусти меня, страница 339 – Литтмегалина

Ясеню припомнился тот теплый сентябрьский день, когда он вылетал в Кшаан. Ему было всего двадцать шесть лет, он был начинающим врачом и казался себе всезнающим и смелым. С тех пор у него была масса возможностей убедиться, что это не так. В некоторых ситуациях ему только и оставалось, что стиснуть зубы, притвориться, что все в порядке, и продолжать работать, пытаясь решить нависшую над ним проблему. Именно это он намеревался сделать сейчас.

Снег был такой холодный, что просто поразительно, и раздражающе липнул к линзам очков. Волосы быстро намокли и облепили лоб. Добравшись до стоянки такси, Ясень поднял руку, подзывая машину. Как только машина приблизилась, он поспешил спрятаться в ней от непогоды.

— Куда едем? — спросил таксист.

— Домой, — рассеянно отозвался Ясень, глядя во тьму за окном.

— Это куда?

Тут Ясень осознал, что за семь лет отсутствия начисто забыл свой адрес.

* * *

На пути в допросную Надишь предупредили, что ее ждут новости. Сев за стол и положив на столешницу скованные наручниками руки, она пытливо всмотрелась в глаза следователю, пытаясь распознать, какие именно. С каждой секундой разглядывания ее оптимизм уменьшался.

— Мы нашли твоего полицейского, — уведомил следователь.

И полугода не прошло!

— Что он сказал? — спросила Надишь, ощутив трепыхания ее залатанного сердца.

— Ничего. Он умер.

По силе воздействия эта фраза была все равно что кирпич, упавший прямо на голову.

— Как умер? — ошеломленно произнесла Надишь.

— Повесился. У себя в квартире.

— Когда?

— В середине — конце июля. Трудно сказать. К тому времени, как дверь в его квартиру решили взломать, тело сильно разложилось.

Надишь припомнила их последнюю встречу… полицейский очень плохо выглядел в тот день. Значит, это случилось вскоре после. Надишь часто заморгала. Ей было жаль полицейского. И себя тоже.

— Это его психиатр виноват! — сорвалась она. — Греб деньги вместо того, чтобы следить за человеком, который находился под его ответственностью! Он должен быть наказан!

— Не в твоем положении бросаться обвинениями, да еще вымышленными. Пока ничто не подтверждает, что встреча между тобой и полицейским действительно состоялась. Никто в отделении тебя не опознал.

— Мы виделись всего два раза, и в обоих случаях отделение пустовало… И все-таки: не могла же я это просто придумать! Зачем?

— Потому что тебя загребли. Потому что тебе угрожает расстрел. Ты начала судорожно изобретать себе оправдания: явка с повинной, работа на полицию, прочее. А в качестве свидетеля выбрала мертвеца, ведь мертвец твои слова опровергнуть не сможет.

— Как бы я вообще узнала, что такой человек был и умер? — возразила Надишь.

— Ты работала среди ровеннцев, слышала разговоры…

— Какой же бред! Он составил протокол о явке с повинной в моем присутствии. Где-то эта бумажка все еще должна лежать, и она подтвердит мои слова!

— Мы искали. Он ужасно вел документацию. Залежи, полный хаос. Тем не менее мы просмотрели все. Твоей явки с повинной там нет.

— Вы пропустили, — сказала Надишь с отчаянием. — Посмотрите еще раз. Мы составили протокол… затем я согласилась стать его осведомителем…

— У него был осведомитель, — возразил следователь. — Оформленный по всем правилам. Он работал в автомастерской, слушал разговоры и исправно поставлял нам сведения. Как понимаешь, это была не ты. В конечном итоге мы собрали достаточный массив данных, чтобы накрыть все гнездо сразу. На данный момент десятки тварей арестованы. И ты одна из них.