Книга Синие цветы I: Анна, страница 125 – Литтмегалина

— Жизнь.

— Так мы уже в нее играем, – резонно заметил прохожий, удаляясь.

Я подскочила к симпатичному мужчине лет тридцати.

— Вы можете помочь мне?

— А в чем дело?

Я жалобно скривила губы:

— У меня одна грудь больше другой!

— Это правда? – спросил Науэль, возникая под боком.

— Нет!

— Правильный ответ: «Думай что хочешь», – подсказал Науэль нудным голосом.

От беготни мы приобрели взъерошенный раскрасневшийся вид, который сам по себе производил на людей устрашающее впечатление. Один парень дал деру, когда Науэль официальным тоном объявил ему о необходимости пройти в пункт медицинского осмотра – с целью выявления инопланетян-диверсантов. Глядя, как парень улепетывает, я расхохоталась, и смутно вспомнилось, как в детском саду нам запрещали есть ягоды, росшие на кустах за игровой площадкой, а мы все равно тайком жрали, жрали, жрали. Все проблевались, но никто не умер. Как же это было весело…

Наша игра неожиданно прервалась, когда Науэль предложил суетливой, низенькой старушке вступить в общество садоводов-нелюбителей, высаживающих цветы в цемент. Распрямив спину, старуха посмотрела на него колючими, как канцелярские кнопки, глазами.

— Идите в «кристалл», лечитесь, юноша.

Науэль обалдел. Потом переглянулся со мной.

Старушка отдалялась от нас с нестарческой прытью, но Науэль догнал ее в один прыжок.

— А вы нам скажете, где это?

Она сказала нам много чего еще.

* * *

— Дуракам действительно везет, – Науэль остановил машину перед светофором.

— Да, это просто чудо, – я посмотрела в окно. – Дай мне тридцатку.

Выскочив к автомату, я вернулась с пакетом сока.

— Газировки в автомате не было. Обойдешься без щекотных пузырьков, – отделив от коробки соломинку, я протянула ее Науэлю.

— Что поделаешь, – вздохнул Науэль, забирая у меня пачку и стремительно отпивая половину.

— Эй, не так! – оскорбилась я. – Мы договаривались сделать это носом!

— Мы договаривались, что проигравший выпьет.

— Носом, я имела в виду.

— Я не слышал, что ты имела в виду. Я слышал то, что ты сказала.

Я вздохнула.

— А вообще тебе понравилось? – спросил Науэль.

— Ну… у них были такие лица… Вообще, да, – созналась я.

Науэль просиял.

— Это же просто шутка, маленькая провокация… Они же не обиделись на нас? – продолжила я, и улыбка Науэля несколько поблекла.

Мы добрались до места назначения. Въезд на ведущую к зданию аллею преграждал шлагбаум.

— Прочитай, что на вывеске, – потребовал близорукий Науэль.

Я присмотрелась к табличке на кирпичном заборе.

— «Клиника ментального здоровья «Равновесие».

— Я должен был догадаться, – Науэль хлопнул себя по лбу. – Эрве говорил как-то, что все его знакомые либо психиатры, либо их пациенты.

— Ты всерьез намерен идти туда? Мы даже не знаем, кого ищем.

— Разберемся на месте, – Науэль вышел из машины. – Мало ли что. Может, Эрве упоминал этого человека, и я смогу вспомнить об этом, услышав знакомое имя.

— Вряд ли, учитывая, что ты даже имена тех, с кем спал, не в состоянии запомнить.

— Просто их было слишком много, – оправдался Науэль.

Прежде чем войти, Науэль осторожно глянул сквозь стеклянную дверь в вестибюль.

— Мне нужно прогуляться по зданию, разведать обстановку. Там тетенька в регистратуре, – Науэль пальцем указал мне на кабинку из стекла и металла в правой части вестибюля, где засела регистраторша. – Иди пока отвлеки ее.