Книга Синие цветы I: Анна, страница 26 – Литтмегалина

— Виг! – окликнул Науэль.

Не заставив себя ждать, из полумрака выступил здоровенный щетинистый мужик и расплылся в зубастой улыбке.

— Вилеко! Тысяча лет! Опа, да ты уже меньше похож на девочку!

— Опа, да ты еще меньше похож на человека, – бросил Науэль, разглядывая подошедшего с откровенной снисходительностью.

— Ты с девкой! – поразился тот.

— Не рекомендую это комментировать, – Науэль поджал губы.

Щетинистый бросил на меня любопытный взгляд (неприятные у него были глаза, темные и суетливые), но Науэля послушался.

— Дай угадаю, зачем пришли.

— Томление сердца замучило, – бесстрастно сообщил Науэль и стянул капюшон, открывая свои белые волосы, стянутые в хвост.

Пользуясь тем, что им не до меня, я расковыряла пачку и вытащила сигарету – не могла больше ждать. Когда дым защекотал горло, я зажмурилась от удовольствия. Выдохнула. Мне казалось, дым, расползаясь, образует мягкий кокон, сквозь который я слышала:

— Небольшой, легкий.

— Дамский вариант?

— О, ну что ты. Пистолет – оружие дальнего боя, нивелирующее разницу в силе. По умолчанию вариант для настоящего мужика. Хрупкие девочки отбиваются коготками.

— Забыл уже, какая ты злючка.

— Всегда рад напомнить.

— А теперь ты вспомни, куда дел мою первую игрушку.

— Подарил младшему братику. Живее к делу.

— Хех, ты серьезно думаешь, я храню всю это дерьмо здесь? Времена поменялись, законы ужесточились. Я не хочу загреметь на двадцать лет.

— Очень ты боишься бумажных законов, – фыркнул Науэль. – Да даже если боишься, сказать тебе заклинание для храбрости?

— Отойдем-ка, кой-чё объясню.

Они скрылись за зеленой дверью в противоположной стене подсобки, оставив меня раскуривать вторую сигарету и размышлять о том, как круто свернула моя жизнь. Науэль хочет приобрести оружие. Что за цирк ждет нас дальше? Меня ничего не беспокоило, пока не догорела сигарета. Я во сне, все не по-настоящему. Реален только дым, повисающий серой дымкой, и пепел, осыпающийся на грязный иллюзорный пол.

Они вернулись минут через пятнадцать. Что-то неуловимо изменилось в Науэле, и я поняла, что теперь оружие у него есть.

Виг не хотел отпускать нас так просто. Я уловила жгучий, почти нездоровый интерес Вига, не позволяющий ему послать Науэля подальше. Напротив, он стремился растянуть эту встречу до предела.

— Слыхал я сегодняшние новости. Много там сказали интересного, в том числе и то, что ты как будто бы проявляешь безучастность к недавним событиям, хотя они непосредственно тебя касаются. Я уж было решил, что ты сгинул от греха подальше, но вот и ты, прелесть, зашел проведать старого друга. А мы как раз тут с парнями обсуждали, может ли такая малышка, как ты, пришить кого-нибудь.

Науэль достал пистолет из кармана.

— Проверим?

На колючей физиономии мелькнул страх.

— Эй ты, в людей не целятся.

— Ну, это в людей, – пожал плечами Науэль, убирая пистолет. – Ты для этого продаешь их – чтобы в людей не целились?

Виг ничего не ответил, только стиснул челюсти. Он был на грани бешенства. Я отступила подальше, не понимая, как Науэлю удается сохранять хладнокровие. Но Виг, отодвинув свою злобу с таким усилием, как если бы это был шкаф, вдруг заговорил с почти умиротворяющей интонацией («хорошая собачка, добрая собачка»):

— Ты видел Кристел?

— Не так давно. Она рассказала, что ты спускал через тридцать секунд, и велела передать – если вдруг меня угораздит в тебя вляпаться, – что она умерла.