Книга Синие цветы I: Анна, страница 325 – Литтмегалина

Шум воды в ванной напомнил, что есть такая вещь, как физический комфорт, о чем легко забыть после пары-другой недель жизни в машине. Вот только до душевного комфорта мне было камнем не добросить. Я положила пальцы на горло и судорожно вздохнула. Одна неделя, только одна неделя. Не пытаясь оспорить обреченность наших отношений, я просто хотела знать, какими они будут. Я почувствовала, как сердце ускоряется, и по щекам расплывается жар. Еще не поздно отказаться от своих планов, попросить Дьобулуса забрать меня, прожить всю жизнь в тоске и праздности, думая, что было бы, если… Некоторым мечтам лучше не сбываться. Точнее, ты в любом случае испытаешь сожаление, сбудутся они или нет.

Спустя полтора часа я вымотала себе все нервы, а Науэль продолжал бултыхаться. У меня возникло подозрение, что он прекрасно все понимает и решил взять меня измором. Когда он соизволил выйти, весь такой порозовевший и благоухающий, в синем атласном халате, я бросила на него убийственный взгляд и протопала на освободившееся место. В ванной с запотевшего зеркала стекала вода, и мне тоже захотелось плакать. Я включила воду и легла в ванну, чувствуя, как тепло прогоняет затаившийся в теле холод.

Забавно, что, твердо решив сегодня же совратить Науэля, несмотря на его сопротивление и свою убежденность в негативных последствиях, я до сих пор понятия не имела, как это сделать. С обычным мужчиной все было бы просто – вышла голышом и призывно помахала ручкой. Но Науэль за свою жизнь видел столько сисек, что теперь взирал на них с холодным безразличием пластического хирурга. Даже раздобудь я шикарное бельишко, он сказал бы только что-нибудь вроде: «У меня было похожее».

А как насчет романтического ужина с вином и при свечах? Я представила, как пытаюсь проглотить хотя бы кусочек мяса под настороженным взглядом Науэля, и отвергла эту идею. Я давно подозревала, что секс для него прежде всего способ повысить свою кредитоспособность. Мне не хотелось чувствовать себя никому не нужным куском мяса, завалявшимся в углу морозильной камеры, но именно так я себя и чувствовала. И сейчас как раз приобрела соответствующий цвет. Пора вылезать из кипятка.

Когда, обернутая полотенцем, я вернулась в комнату, Науэль лежал поперек кресла, свесив длинные ноги, и читал толстую книгу в коричневой обложке. Он переоделся в черный свитер с высоким горлом и жесткие джинсы, и у меня не возникло сомнений, что одежда выполняет функцию доспехов для защиты от меня. Уши его закрывали наушники, а рот занимала жвачка, чтобы максимально ограничить контакты с внешним миром, где существовал такой ужас, как я. Я подошла, подергала его за ногу, и когда он таки соизволил вынуть один наушник, выдала продукт своих двухчасовых размышлений:

— Давай займемся сексом.

— Зачем? – Науэль вцепился в меня леденящим взглядом представителя враждебной инопланетной цивилизации.

— Все равно больше нечего делать, – брякнула я, давно истощив все свои аргументы.

— Но я занят. Я читаю справочник по судебной медицине. Надо же посмотреть, как мы будем выглядеть в финале, – он показал мне разворот с голыми съежившимися телами, испещренными пулевыми ранениями. – Наверное, примерно вот так.

— Не пытайся отвлечь меня интересными картинками, Науэль, – стоя в мокром полотенце, после тепла ванной я начала дрожать от холода.