Книга Синие цветы I: Анна, страница 322 – Литтмегалина

— Но сейчас все отказались от логики и подчинились деструктивным порывам.

— Точно. Против обыкновения, политики в этой истории выступают в роли овец. Идут куда ведут и блеют по команде.

— Единственный, кто однозначно выиграет от военного конфликта, это…

— Кшаан, – произнесли мы одновременно.

— Тяжелая жизнь, мечты о большой мсте – их можно понять. На их месте я бы тоже воспользовался возможностью немного подгадить Ровенне, – протянул Науэль. – Если Роана разгромит Ровенну, кшаанцы могут рассчитывать на значительное улучшение своего положения. Если победит Ровенна, то последствия для Роаны будут проблемами Роаны. Сам факт военного конфликта на территории Ровенны…

— Там же Спирит… – я в ужасе зажала рот рукой.

— Да, – кивнул Науэль. – Сложно сказать, что получится, когда Спирит запечатлеет драму войны. Но это однозначно увеличит ущерб, нанесенный местному населению.

— Разве для того, чтобы подавить Ровенну, не достаточно распространить информацию о Спирите? Это спровоцировало бы панику, а та породила бы множество призраков, и все это привело бы страну к дезорганизации. Почему они не воспользовались этим способом?

— Угу. В Ровенне такое публиковать не станут, а если кто и рискнет, то получит по башке быстрее, чем распродаст треть тиража. И ни один ровеннский ученый не подтвердит достоверность этих заявлений, поскольку ровеннские ученые тоже хотят жить. Ну а в Роане… открываешь ты газету, а там: «В Ровенне полно привидений!» Мы про них писали вещи и похуже. Для роанцев это будет звучать как явный бред, для ровеннцев – как очередная попытка опорочить их страну. Так все и останется дешевым слухом. Может, пара-другая ровенских бабок из самых подозрительных и прониклись бы, но ровеннские бабки не читают зарубежных газет.

— Тогда – только война? – потрясенно уточнила я.

— Похоже. Несмотря на всю бредовость наших рассуждений, они действительно вполне укладываются в канву последних событий.

— У меня волосы на голове шевелятся.

— У меня тоже. Вляпаться в международный заговор – прекрасное завершение карьеры для порнозвезды. А я еще думал, что проблематично – это когда три члена в один зад одновременно, – Науэль скрестил руки. Я знала, что на футболке, которую он надел под синий кардиган, написано «Счастливчик». Науэль умел подобрать одежду в тему. – Переберись-ка за руль.

Он достал из бардачка жидкость для снятия лака и пилочку для ногтей. Я поморщилась.

— Что? Зато у меня будет отличный маникюр.

— Какое это имеет значение, – угрюмо фыркнула я, пытаясь сконцентрироваться. После нашего разговора я ощущала себя так, будто кто-то надел мне на голову ведро и долго долбил по нему булыжником.

— Должно же что-то утешить меня, когда они будут бить меня по морде моими же собственными отрезанными руками.

— Бррр, – я увидела указатель – мы приближались к Льеду, и меня снова начали грызть сомнения. – Почему Дьобулус так уверен, что, прячась от осиного роя, нет места лучше, чем улей?

— Гнездо шершней, ты хотела сказать? Поверь мне – даже зная, где мы, туда они не сунутся, если обладают хотя бы каплей здравого смысла. Хотя, скорее всего, нас сейчас разыскивают у ровеннской границы.

Науэль снял очки, потер переносицу и надел очки обратно. Я вспомнила времена, когда его веки покрывал жирный слой блесток, а сам он был одет во что-то обтягивающее и яркое, придающее ему сходство с ядовитой змеей. Теперь вся его одежда была темно-синей, леденяще-голубой, серой или черной. Он почти постоянно носил очки. Вся его косметика растерялась, но он в ней больше не нуждался. Наконец-то внешне он соответствовал своему возрасту. Да, многое изменилось с тех пор, как мы были в этом городе.