Книга Игра Бродяг, страница 49 – Литтмегалина

— Что ты разлегся как скотина? — спросила Наёмница просто для того, чтобы завязать разговор. — Тебя, похоже, совершенно не заботит, как мы будем спасаться отсюда.

Вогт медленно повернул голову. Ресницы у него были все еще мокрые.

— Спасаться? — спросил он.

— Да, полудурок. Ты еще не понял, в какой кошмарной ситуации мы оказались?

— Оказались?

— Сначала она чуть было не скормила нас своим мерзким псам, потом загнала до последнего издыхания, потом посадила в клетку, как зверей, и издевалась над нами вместе с оравой своих гостей! Кроме того, она вынудила нас искупаться с мылом!

— С мылом? — переспросил Вогт.

По сравнению со столь изощренным издевательством все преступления Шванн, даже последнее, с мылом, поблекли. Наёмница взорвалась.

— ХВАТИТ ПОВТОРЯТЬ ЗА МНОЙ СЛОВА! — закричала она.

Вогтоус надулся.

— И что ты предлагаешь? — спросил он с непривычной холодностью.

— Бежать!

— По-моему, нам и здесь неплохо.

Такого ответа она точно не ожидала. Вогт даже не смотрел в ее сторону. Что ж, тогда она тоже видеть его не хочет. Наёмница уставилась в пол. По полу полз черный жучок. Она проследила за ним взглядом. Он почти дополз до ее ботинка. Злость вспыхивала, как искорки на груде неостывшего пепла. Когда жучок подполз ближе, она подняла ногу.

— Не смей, — вмешался Вогт, у которого глаза были даже на затылке. — Не понимаю, с чего вы, люди, решили, что можете вот так топтать все, что только не попадется вам под ноги. Не вы создали этих существ, не ваше право их уничтожать.

— Мы — люди? — вспыхнула Наёмница. — А ты кто, ты кто?

Вогт выпятил губу. Между ними стеной встала тишина. Наёмница еще раз убедилась, что легче сдвинуть гору, чем что-то втолковать упертому Вогту.

— Она придумает еще что-нибудь ужасное, — сказала она, но для Вогта ее слова были пустым звуком. — Не молчи, — почти взмолилась она, хотя последнее, чего ей хотелось — так это чтобы ее голос звучал умоляюще.

— Ну… — протянул Вогт, и горло Наёмницы стиснуло. — Это ведь ты ей не нравишься…

— Что? — тонким голосом произнесла Наёмница.

Вогт водрузил на голый живот сцепленные руки. В его глазах отразилось противоречивое чувство. Наёмница ждала, медленно коченея.

— Это все из-за тебя, — наконец решился Вогт. — Если бы ты не побежала, собаки не начали бы нас преследовать, и, может, мы прибыли бы в замок более достойным образом. Да и в клетке мне было не так уж и плохо. Я бы даже повеселился, не порти ты мне все своими криками.

Наёмнице показалось, что она упала в глубокий колодец. Она падала и падала в темноте, а затем ее ударило о ледяную воду и дух вышибло.

— А вот как, значит, — задыхаясь, выговорила она. — Эта стерва не виновата. Она добрая. Милая. Куда ни пни, везде сплошная прелесть.

— Она красивая, — возразил Вогт, мрачнея. — Я не думаю, что она плохая. Ей просто скучно. И она так одинока.

— Вокруг этой твари толпы людей. Как она может быть одинока?! — вспыхнула Наёмница. — Она настоящая гадина, вот и все, кто она!

Вогт надул губу.

— Тебе ли говорить об этом? Я прибыл спасти тебя, и что же — я слышу слова благодарности? Напротив, ты только бранишь меня: недоумок, тупица. Вечно грозишься причинить мне вред. Что бы ты ни думала о ней, ты сама еще хуже! Мое терпение не безгранично, и оно иссякает. Я уже жалею, что встретил тебя!