Книга Зефир, страница 31 – Литтмегалина

— Что-то мне подсказывает, что я уже вызверил Эфила, так что какая разница. Ситуация не может стать хуже.

— Эта чокнутая баба ничего тебе не скажет. В любом случае ее телефонного номера у меня нет.

— Деметриус, я ни за что не поверю, что ты без понятия, как до нее добраться. Это важно для меня. Помоги мне.

— Ладно, – смягчился Деметриус. – Я не знаю ее адрес, но помню, как к ней доехать. За час доберемся.

— Отлично. Она работает?

— В дипломатическом консульстве.

— Выезжаем в 5:30 утра. Чтобы успеть застать ее дома.

— В 5:30? Ты с дуба упал? С чего ты вообще раскомандовался? Забыл, кто я?

— Человек, который вселился в мою квартиру без разрешения, – отрезал Илия.

Он включил на телефоне будильник, повернулся на другой бок и заснул.

В пять часов утра Илии удалось разбудить Деметриуса угрозой подать кофе в постель (непосредственно в постель, выплеснув из чашки на простыню). Слоняясь по квартире в процессе сборов, Деметриус причитал для вида, но в целом выглядел вполне энергичным. Илия тоже чувствовал себя получше, вероятно потому, что не пил перед сном накануне. Вчера он начисто забыл о необходимости постирать белье, так что сегодня ему пришлось нацепить зеленую клетчатую рубашку и льняные шорты, которые оставались мятыми, сколько их не гладь. Деметриус в честь жары влез в черные шорты, шлепанцы и черную же рубашку без рукавов, увешанную цепочками и ремешками.

— Ты уверен, что тебе хватит ремешков, Деметриус? Возможно, стоит навесить на себя что-то еще. Или мы можем прицепить к твоим цепочкам штопор, ключи и перочинный нож – пусть держат все под рукой, хоть какое-то обоснование для их существования.

— Вот уж не думал, что встречу кого-то зануднее Эфила.

В машине Деметриус включил кондиционер, и установившаяся в салоне благостная прохлада заставила Илию присмиреть. «Хорошо быть богатым и иметь шикарную машину, – подумал он. – Плохо быть мной».

— Надеюсь, я найду дорогу, – пробормотал Деметриус. – Последний раз я был там полгода назад. Эфил пытался установить между нами – ну, в смысле между мной и этой стервой – концентус.

— Консенсус? И к чему вы пришли?

— К соглашению, что между нами не может быть консенсуса.

— Зная твой вздорный характер, я не удивлен…

— Мой характер? Ты не представляешь, что это за женщина. Она упоротая. Прожила с ним каких-то пять-шесть лет и уже уверена, что имеет кучу прав.

— У нее с Эфилом дети.

— А у нас с Эфилом страна, – отрезал Деметриус.

— Даже если так. У нее есть основания, чтобы выражать недовольство, ты не считаешь?

— Эфил говорит, что если человека хватает на переживания о том, в кого засовывает член благоверный, то это не иначе как от избытка свободного времени.

— Эфил так рассуждает потому, что он как раз тот, кто изменял.

— Поверь мне, он живет как проповедует.

— То есть против твоих измен он не возражает?

Деметриус хлопнул ладонью по рулю.

— Тебе не кажется, что слово «измена» звучит слишком пафосно? Как будто я страну предал? Если мне было скучно, и я с кем-то перепихнулся, это не значит ИЗМЕНА – флаги опущены, суды начаты, расстрельная команда наготове. Это просто времяпровождение, такое же, как выпить пойти, например. Я же не возражаю, что Эфил грохает почти все свое свободное время на детей его бывшей.