Книга Год дурака, страница 114 – Литтмегалина

Голая ниже пояса, опасливо косясь на входную дверь – вдруг забыла запереть – я прошлепала к телефону и взяла трубку.

— Алло? – мой голос звучал так, будто в нем собрались все слезы мира.

Это была Аля.

— Я хочу тебя кое с кем познакомить! Потом позовешь меня в крестные матери первенца!

— Какого первенца? – промямлила я.

— Его зовут Евгений – пушкинское имя. Вчера вернулся из Германии с курса повышения квалификации. Умный, добрый, симпатичный, образованный мальчик. Вы встречаетесь сегодня, у входа в парк Гагарина, в семь часов. Я дала ему твой номер телефона. Он наверняка будет с цветами, так его и узнаешь. Да, я знаю, что ты перетрусишь, начнешь искать отговорки и тянуть время, но вот что я тебе скажу – подними жопу и иди!

— Аля, – елейным голоском начала я, – я еще не вернулась из дома отдыха, и…

— Я же звоню тебе на домашний телефон!

— Тогда перезвони мне на мобильный, – настаивала я.

— Глупости какие!

— Но я…

Аля бросила трубку. Я бы села и заплакала, но мне нужно было вытаскивать шарик из вагины. Безуспешно промаявшись до двадцати минут шестого, я начала собираться на встречу. Постучался Эрик, но я притворилась, что меня нет. Я была в отчаянии и сердилась на Алю. С чего она так много на себя берет? С чего она решила, что этот парень мне обязательно понравится аж до первенца? Помнится, мама меня знакомила…

Когда я подошла, он уже ждал меня с букетом белых лилий в руках.

— Онегин? – спросила я.

— Евгений, – улыбнулся он. У него была спокойная приятная внешность. Конечно, до Арсения далеко, но почти наверняка в чем-то он его превосходил.

— Извините… Соня.

Он протянул мне цветы с таким выражением на лице, будто ничего прекраснее угрюмой тридцатилетней тетки в жизни не видел.

— Вы расстроены?

— Тяжелый день.

— Возможно, вечер будет получше.

Я посмотрела на него.

— А есть надежда?

— Я постараюсь.

Я спрятала в букете смущенный взгляд. Мне так редко дарили цветы, что дома у меня даже не было вазы. Чашечки лилий казались такими нежными…

— Может быть, вы слышали… была такая художница, Джорджия О’Киф… Она рисовала цветы, очень похожие на женские репродуктивные органы. Это принесло ей известность, но сама художница всю жизнь твердила, что это просто цветы.

Умолкнув, я вонзила зубы в нижнюю губу. Что я делаю? Я рехнулась? Половые органы – наилучшая тема для обсуждения на первом свидании! Еще воспримет как намек…

Но Евгений только улыбнулся и задумчиво произнес:

— Интересно, говорила ли эта художница правду.

Мы медленно побрели по аллее парка. После множества злоключений с другими парнями я постоянно ожидала от Евгения подвоха. Может, он столкнет меня в пруд. Или окажется неонацистом. Или признается, что давно приспособил для мастурбации щель между сиденьями кухонного диванчика.

— Вы очень красивая, Соня, – тихо произнес он.

— Да? – я внимательно заглянула ему в глаза. Казалось, он совершенно искренен. Почему-то это встревожило меня больше, чем если бы он столкнул меня в пруд.

Но я быстро нашлась.

— А знаете, в каком мультфильме впервые прозвучало слово «влагалище»? В познавательном фильме для девочек, созданном Уолтом Диснеем. Ой. Простите. Я не знаю, зачем я это сказала.

— Это интересно.

— Да. Я прочитала в Интернете.

Некоторое время мы шли молча. То, что Евгений до сих пор не убежал, указывало на его редкую психическую устойчивость.