Книга Верни нас, папа! Украденная семья, страница 77 – Вероника Лесневская

Какой именно срок — прямо сейчас решает военный суд. Но Матвею об этом знать необязательно. Для него Свят останется героем, как и для нашей матери. Я — неуправляемый, норовистый старший брат, а он — надежда и будущее семьи. Так было всегда. В итоге, мы оба сломали свои жизни.

— Хорошо, я подожду. Если ты говоришь, значит, так и есть, — уверенно кивает Матвей. Откидывается на спинку койки, но руку не отнимает. Ему спокойнее и не так больно, пока я его держу. — Батя, ты же мне никогда не врешь, да?

— Так точно, — выдавливаю из себя, сцепив зубы, и снова опускаю глаза на повязки. — Расскажи, боец, как ты обжегся?

— Не помню толком. Испугался, — нервно покачивает забинтованной ногой. — Я хотел маме помочь.

— Похвально, но в следующий раз будь осторожнее.

Я поднимаюсь, чтобы уйти, но чувствую, как маленькие пальчики врезаются в мою ладонь. Матвей царапает меня, как котенок, и не отпускает.

— Вы с мамой поругались, — не спрашивает, а утверждает.

Он у меня пацан внимательный и сам все понял.

— Почему ты так решил?

— Ты больше не бываешь у нас в гостях… Даже сегодня не приехал, — с оттенком обиды.

— Я же здесь, — улыбаюсь, погладив его по взъерошенной макушке. — Просто у меня дела, работа, своя жизнь…

— А семья?

— Хотелось бы, — признаюсь на слабом выдохе, вспоминая Нику и Макса, которые сейчас ужинают в моем доме. Хозяйничают на кухне, ждут меня, как будто и правда принадлежат мне. А я — им. Иллюзия семьи греет душу, хоть и может испариться в любой момент.

— Мама говорит, если у тебя кто-то появится, тогда ты вообще о нас забудешь, — огорченно вздыхает Матвей, убирая руку. — Ни папы у меня не будет, ни дяди. Сирота-а-а-а, — тянет с грустью.

Скрипнув зубами, я проглатываю жесткие ругательства в адрес Алисы. Ясно, что ее беспокоит, пока сын в больнице. Моя гребаная личная жизнь. Которая не должна ее касаться.

— Неправда, у тебя есть мать. Ну, а я всегда рядом, даже когда ты меня не видишь, — подмигиваю ему заговорщически.

Это не пустые слова — в их доме давно работает видеонаблюдение, и в случае чего я в любой момент могу проверить записи. Разумеется, я никогда этим не злоупотреблял. Семья брата для меня неприкосновенна. Однако… пришло время нарушить принцип.

Установкой камер занималась моя фирма по просьбе Свята, но Алиса не в курсе, где они и что снимают. Не моя прихоть, а твердое условие брата — по долгу службы он часто и надолго уходил в море, поэтому хотел на расстоянии присматривать за домом. Тогда я воспринял его желание следить за женой как элементарную заботу, но сейчас иначе взглянул на их отношения. После выходки Алисы я могу предположить, что причина гораздо прозаичнее — Свят не доверял ей. И не зря…

— Батя, ты спецагент? — смеётся Матвей заливисто, вырывая меня из раздумий.

— Лучше. Я твой дядька, — щелкаю его по носу. — Ну что, отпустишь меня домой? В случае чего бери у матери телефон и звони мне. В любое время суток. Ясно?

— Отпущу, если завтра приедешь, — хитро сощурившись, торгуется со мной.

— Постараюсь. Может быть, вместе с Максом зайдем после школы. Ты не против?

— Мне понравился Макс. Я пообщался с ним, как ты и советовал, и он оказался нормальным.

Детское лицо озаряет искренняя, беззаботная улыбка, и у меня будто камень с души падает. Приятно видеть ребёнка счастливым. Но настроение резко летит в бездну, когда возвращается Алиса.