Книга Развод. Семейная тайна, страница 77 – Луиза Анри

Ася улыбнулась. Это было волшебство. Не роскошь Савеловых, а ее собственный, выстраданный комфорт. Она провела рукой по гладкой, прохладной поверхности новой трубы. Такой надежной. Такой… современной.

— Идеально, — ее голос звучал уверенно. Она чувствовала себя хозяйкой здесь. Не гостьей, не беглянкой, а творцом своего пространства. — Скоро тут будет так светло и просторно…

Она прошла мимо рабочих, монтировавших элегантный шкаф для системы фильтрации. Чистейшая вода для нее и Лии? Да, пожалуйста! Это не каприз — это право на здоровье и качество жизни.

В санузле царил простор и свет, льющийся через большое окно. Сантехник Вадим закреплял раму для подвесного унитаза — стильного и практичного.

— Пространство мечты, правда? — Вадим жестом очертил будущий душ без бортиков. — Легко убирать, безопасно для малышки. И место для стиралки — удобное, без намека на тесноту. А вот тут, — он указал на аккуратную нишу с подводом, — ваш секретный уголок: розетка для кошачьего фонтанчика. Чтобы пушистые капризули пили вдоволь, не тревожа хозяйку.

Ася рассмеялась. Мысль о тихом мурлыканье и журчащей воде наполняла теплом. Ее дом. Ее правила. Ее забота о каждом, кто будет здесь жить и любить.

Она вышла на балкон. Новые окна уже стояли, обрамляя вид на зеленый двор. Скюда сюда придет мягкий диванчик, корзинка для вязания и, конечно, уютная лежанка для кошек, чтобы греться на солнышке. Свет. Воздух. Покой.

Сделав глубокий вдох (пыли стало заметно меньше!), Ася достала телефон. Щелчок. Лабиринт сияющих труб, блестящий коллектор, аккуратный шкаф фильтров… Это были не просто фото стройки. Это были кадры ее силы. Ее независимости. Деньги Степана Григорьевича? Да. Но они были не подачкой, а ключом, который она сама повернула в замке новой жизни. Инструментом в ее умелых руках.

Где-то снова зашипел паяльник. Звук был уже не чужим, а… обнадеживающим. Музыкой преображения. Музыкой ее будущего, которое строилось буквально на глазах: светлое, удобное, пропитанное заботой и любовью. Дом, где не будет места страху, а будет место только для счастья — ее и маленькой Лии. И каждый новый блестящий метр трубы приближал этот миг.

36-я неделя. Живот, казалось, достиг размеров небольшого арбуза, делая любое движение чуть более медленным, а поиск удобной позы — настоящим квестом. Но в своем глубоком кресле-коконе у окна, подпертая подушками со всех сторон, Ася чувствовала себя почти комфортно. В руках — бамбуковые спицы, на них — нежно-сиреневая нить мериносовой пряжи, мягкая, как облачко. Петля за петлей. Ряд за рядом. Рождались крошечные носочки с ажурным краем. Для Лии. Каждый стежок был шепотом любви к дочке, чьи энергичные пинки под ребрами напоминали о скорой встрече. Вязание стало ее тихой гаванью, островком спокойствия в море предродовых «а если?..».

Корзина у ног ломилась от вязаных сокровищ: чепчики с завязочками, пинетки, похожие на бутоны цветов, уютные пледы, миниатюрные кофточки. Все в пастельных тонах: пудрово-розовом, лавандовом, мятном, ванильном. Это было не просто приданое. Это была колыбельная, сплетенная из ниток.

— Ась, это же просто прелесть! — Ольга Ивановна взяла в руки только что законченный чепчик с крошечной вязаной розочкой. — Ты настоящая волшебница! Такую красоту надо миру показывать. Создай страничку в Инстаграме, ну пожалуйста? Назови… ну, например… «Ручное тепло» или «Чудо в клубочке»! Вот! Ведь каждое твое творение — это маленькое чудо, рожденное из клубка. И Лия — твое главное чудо! Люди это оценят!