Книга Мама для выброшенного ребенка, страница 51 – Виктория Вестич

— Конечно-конечно, — поспешно киваю и трясу согревшейся бутылочкой, — я тоже пойду займусь делом.

— До встречи, будущая жена лучшего друга, — весело напутствует Громов.

Я лишь фыркаю в ответ и первой выхожу из кухни.

Стоит мне только уложить Платона в кроватку и дать ему бутылочку, к которой малыш потянул крохотные ручки, как меня осеняет замечательная идея. Я ведь уже видела примерно, где расположение кабинета Марата, так что мешает мне сейчас прокрасться туда и просто-напросто подслушать разговор? Громов, видимо, совсем не ожидал новости о женитьбе лучшего друга, а значит точно что-нибудь да спросит. И очень надеюсь, что Баев решит рассказать ему в подробностях, которые я тоже сильно хочу услышать.

Оставив дверь в детскую открытой, чтобы услышать плачь Платона, я, воровато оглядываюсь, крадусь прямиком к двери в кабинет Марата. Не знаю, может быть Бог наконец решил надо мной сжалиться или же это совпадение, но та отказалась совсем немного приоткрытой. Видимо, ее по чистой случайности не закрыли плотно.

Я прижимаюсь спиной к стене, чтобы ни тень, ни что-либо еще не выдало мое присутствие, и даже дышу еле-еле, пытаясь не упустить ни одной самой малейшей детали разговора. Но мужчины сначала не обсуждают ничего интересного. Бизнес, какие-то вопросы по налогам и проверкам, Кир спрашивает совета и они долго обсуждают какую-то стратегию, где Марат обещает помочь и прислать нужного человека.

Меня даже злость берет. Вообще-то опасно тут стоять! Меня же в любой момент застукать за подслушиванием могут, а эти бизнесмены, как назло, битых полчаса только об этом и разговаривают! У меня там ребенок без присмотра, а они тут чешут и чешут языками!

Когда я уже решаю плюнуть на эту дурацкую затею и вернуться лучше к малышу, наконец-то звучит вопрос, от которого я застываю в нелепой позе, сделав шаг к детской.

— Она знает?

Его Кир произносит даже немного тише всего разговора, так что я сразу делаю вывод, что речь идет обо мне. Хотя… вдруг о бывшей Марата??! Так или иначе, в обоих случаях это безумно важно.

Ответа я так и не услышала, а может Баев просто кивнул или помотал головой, но мне уже было не до таких размышлений. Позади послышался ехидный голос Катерины, который еще и звучал нарочито громко:

— Что же это вы, Полина, подслушиваете??

Я бросила беспомощный взгляд на приоткрытую дверь, за которой замолк разговор. Никаких сомнений в том, что мужчины услышали вездесущую экономку, не было. Мысленно выругавшись, я приготовилась к тому, что прямо сейчас меня попросту прикончат за то, что я подслушиваю диалог крутых важных дядек. Ну вот и все, Полина, плакал твой красный диплом, окончание университета и счастливая семейная жизнь… Баев этого так просто не оставит.

Дверь распахивается так стремительно, что я чуть на месте не подпрыгиваю. Сердце колотится, как сумасшедшее, но бежать уже поздно, да и выглядеть это будет слишком глупо и очевидно.

Сначала на пороге возникает Баев. Он прошивает меня недовольным холодным взглядом и пропускает вперед друга. Кир, в отличие от Марата, выходит с добродушной усмешкой на губах. Они обмениваются рукопожатиями на прощание, видимо, вот таким образом завершая разговор, и Громов подмигивает мне:

— Пока, неудавшаяся разведчица.