Книга Дело о полянах Калевалы, страница 32 – Анастасия Федорова

— Я пока ничего не буду говорить, — ответил Краснов. — У меня слишком много разрозненных картинок в голове. Я не удивлюсь, если образы исчезнут с фотографий спустя несколько дней, — Марина удивленно вытаращила глаза. — Я завтра осмотрю жилище погибшей. Ты пойдешь с Киссанен и поглядишь на медальон. И еще — обрати внимание на все, что находилось при девочке. Особенно на нитки.

Лицо Марины вытянулось. Она уже абсолютно не понимала, какие хитроумные загогулины выписывают мозги Ярослава. Но он вполне четко что-то понимал.

— Ладно, постарайся не думать о крылатых собаках и ложись спать, — наставнически заявил Краснов и похлопал Лещинскую по плечу. — Завтра долгий и непростой день.

— А не рано, Ярослав Олегович? — подколола Марина.

— Так уже половина двенадцатого, дорогая моя, — так же иронически ответил он, помахивая телефоном. Марина обалдело вытащила свой и ужаснулась.

— Так ведь светло! — вскинула она глаза на Ярослава.

— Белые ночи. Это Калевала, детка! — и, помахав рукой, он вышел из ее номера.

Возясь с замком у своей двери, он тихонько мурлыкал себе под нос:

Дом Марковых стоял на живописной деревенской улочке. Вдоль низких заборов здесь тянулись изгороди из цветущих сиреней, всюду виднелись клумбы с пестрыми цветами. Где-то пышно багровели пионы, где-то скромно рассыпались ландыши, нарциссы, гиацинты. Пересекая незримую черту между городом и деревней, ты оказывался в совершенно ином мире. Здесь пахло теплым коровьим духом, землей и картошкой, слышались голоса домашней птицы. Возле фонарного столба паслись на веревке две белые козы.

Краснов осторожно постучал в окно, и через минуту ему открыла дверь худенькая востроносая девочка, чем-то похожая на Мару.

— Добрый день, — поздоровался он. — Меня зовут Ярослав Краснов, я из Следственного Отдела. Могу я поговорить с кем-нибудь из взрослых?

Девочка чуть отступила вглубь сеней и громко крикнула по-вепсски:

— Ма, тут к тебе какой-то дед из полиции!

«Дед» несколько покоробил Краснова, который прекрасно все понял. Девочка не пригласила его внутрь, поэтому он подождал у входа. К нему вышла та самая женщина, которую он уже видел в первый день в обществе Устинова.

— Вы хотели что-то узнать о Мёрушке? — глубоким грудным голосом спросила она с непередаваемой нежностью.

— Да, — Краснов слегка растерялся. — Мне очень жаль, что пришлось…

— Не надо, сейчас уже ничего не исправишь, — женщина держалась очень прямо и стойко, но Ярослав чувствовал, что в ней много безнадежности и пустоты. — Зачем вы пришли?

— Хотел узнать, как же так получилось, что она оказалась одна ночью в лесу? Пока расследование придерживается версии о несчастном случае, но разбирается и предположение о нападении. Вдруг ее кто-то звал туда или угрожал? У вашей дочери могли быть недоброжелатели?

— Не представляю, что это кому-то могло быть выгодно, — пожала плечами женщина. — Она всегда была такой доброй, открытой девочкой. С сокурсниками у нее не сложилось — они ей были просто не интересны, но среди наших, деревенских, у нее было много друзей.