Книга Пояс оби, страница 60 – Карина Ли

— Ветер и вишневый цветок не могут быть верными друзьями. Сорвав даже лепесток, вы рискуете охладеть ко всему дереву. – Я застыла в той же позе, почувствовала жар на щеке мужчины и отстранилась.

Остаток вечера я ублажала его душу. К счастью, он больше не трогал меня. Я привыкла, что, когда посетитель приходит сюда в одиночестве, он при любой возможности старается прикоснуться ко мне, дотронуться рукой или прижаться бедром. Мужчинам нелегко игнорировать свои желания в компании гейши, поэтому в первую очередь меня учили правильно общаться с клиентом и порой переключать его внимание, чтобы он остался доволен, а я не пострадала.

После вечера, проведенного в чайном домике, я без сил свалилась на футон. Я знала, что в новом окия мне трудно будет с кем-то подружиться. Девочки понимали, что у новенькой совсем иные условия: мне предоставили отдельную комнату и не запрещали пользоваться телефоном. Кроме того, их очень разозлил факт, что я чрезвычайно быстро перешла границу от майко до гейши, хоть мне и не разрешили ничего делать, кроме как вести светскую «психологическую» беседу с клиентами.

Вдобавок мама окасан сделала ставку на то, что я смогу приносить доход окия не только милой болтовней, но и чайными церемониями, но мне пока не удалось попрактиковаться с кем-то из гостей.

— Чайная церемония – важнейшая составляющая обучения гейши, – говорила матушка. – Поскольку ты не будешь танцевать или играть на сямисэне, этот вид искусства тебе придется освоить с особой тщательностью.

Сняв кимоно и вымыв начисто лицо от белил и другой косметики, я наконец-то узнала свое отражение в зеркале. Мне казалось, что внешне во мне всегда больше японского, чем русского, но если касаться внутреннего мира, то здесь все было неоднозначно. Я решила, что, проработав в окия год, накоплю достаточно сбережений, вернусь в Россию и начну ремонтировать старый дом. Я не была готова забыть семью и распрощаться с прошлым.

Я проверила телефон и обнаружила, что новых сообщений нет, зато есть два пропущенных вызова от Лилиан. Она и Макото знали обо мне все, однако мы договорились, что ребята будут помалкивать, если Такуми примется их расспрашивать.

Мы до сих пор не виделись, но уже условились, что друзья приедут в Осаку на фестиваль Сумиёси ^[31] в июне.

Я решила позвонить Лилиан.

— Привет, как жизнь, Лили? – спросила я и услышала громкий хохот Макото. – Хэй, откуда ты взялся?

— Привет, Айуми-тян. Мы в ресторане и так сильно смеялись, что Лили опрокинула на себя стакан вина, сейчас она убежала в туалет и пытается отмыть пятно. А у тебя как дела? Может, когда я приеду в Осаку, ты проведешь меня в окия. У тебя есть связи, ты теперь гейша, а я бы с удовольствием поразвлекся в чайном домике, – взмолился Макото.

— Не получится. Лишь мама окасан может принимать столь серьезные решения насчет клиентов. Кого-то она захочет пригласить, а кого-то нет. Кстати, ресторан, вино, Лилиан, – сказала я, загибая пальцы. – Вы что-то празднуете?

— Нет, – мгновенно отрезал он. – Решили просто посидеть, раньше втроем тусовались, но ты в Осаке, вот и все.

— Ладно, убедил, – ответила я и фыркнула.

— Айуми, – неожиданно серьезным тоном проговорил Макото. – Такуми ищет тебя и не дает мне покоя. Похоже, он заподозрил, что я скрываю твое местонахождение.