Книга Измена. Игра в чувства, страница 21 – Анна Эдельвейс

— В любом случае ты, Элеонора, как бы не хорохорилась, Маша моя и я вас не отпускаю. Перебесись и возвращайся.

— Нет. У меня другие планы на жизнь.

— Давно?

— Со вчерашнего вечера.

Он зло прошипел:

— Ясно, уже всё продумала.

— Ну, ещё не всё. Сначала определюсь с жильём, с работой…

Иван махнул рукой, так, будто ему надоело всё это слушать. По его лицу я поняла, что ему осточертело и он потерял терпение. Осмотрев двор моей тётки, окинув взглядом полуразвалившийся сарай за домом, невзрачное крыльцо, Иван помотал головой:

— Какого ты делаешь в этой забытой Богом дыре. Тут скоро всё развалится. Смотри, ступени прогнили, ноги можно поломать. Немедленно домой, ещё Маша блох наберётся от этих чёртовых кошек.

— Тебя, Иван, должны другие блохи интересовать. Иди сам проверься, и дустом рот сполосни. Мало ли, какие блошки-ман**вошки бывают у красавиц под юбкой.

— Элеонора, ты постоянно съезжаешь на одно и то же. Знаешь что, у тебя тоже дофига минусов. Застряла в доме как хомяк в клетке, вот и бесишься.

— Может я и хомяк, но я очень продуктивный хомяк. У меня собственные деньги, профессия. И в клетке я потому что ты меня в ней закрыл. Сколько раз меня приглашали на конференции, ты мне что говорил? Нет!

Если помнишь, у меня за плечами петербургский универ, я специалист по потреблению и распространению произведений искусств и студенткой именно у тебя в отделе проходила практику. И, кстати, я была твоей секретаршей. Что, собственно и сейчас мне не мешает стать ею в приличной компании?

У Василевского буквально снесло крышу:

— Что?! Секретаршей? — он стал малиновым: — Да я тебя голыми руками задушу, если ты переступишь порог любого кабинета секретаршей.

— Не суди по себе, гражданин бывший босс и муж. Не все такие мерзавцы, как ты. Причём, инициатива влезать на стол и махать ногами принадлежит женщине. Не захочет, не полезет.

— Элеонора, какая работа к чертям. Я даю тебе денег столько, на десятерых хватит.

— Как только моё обручальное колечко наденет твоя побирушка, всё изменится. Ты будешь содержать другую женщину. И вот там тебе реально придётся постараться, — я расхохоталась: — Ту секретаршу деньгами не остановить, наверное. Мастерство раздвигать ноги деньгами не запретишь.

— Бесполезно с тобой говорить, надеюсь, к утру ты остынешь. Завтра домой и не зли меня, мне некогда бегать за тобой, я занят.

Я развернулась и пытаясь унять разрывающееся от обиды сердце пошла в дом. Занят он. Знаю я, чем он занят. Завтра я тоже буду занята и уверена, ему не понравится чем!

Только что я подала заявление на развод. Теперь надо будет искать адвоката. Но это попозже.

А пока… Аккуратно выворачивала руль, въезжая в наш элитный посёлок к себе домой.

Надо было забрать вещи, приготовленные домработницей для Маши, её игрушки, рисовалки. Маша привыкла иметь много чего, папа её баловал, покупая всё, во что она ткнёт пальчиком, правда и мне он не отказывал. Наверное, своей белобрысой тоже позволял и покупал всё, во что она тыкала всеми своими местами. (Зараза, зачем я снова о ней вспомнила).

Распутные бабищи, они же нюхом чуют щедрых и женатых самцов. Я вообще теперь уверена, что женщины, лезущие в трусы к женатому мужику это отдельная порода. Я не про тех девчат, которых захватили чувства и снесло крышу от страсти. И не о тех, кто просто мстит мужу. Я о продажных хищницах.