Книга Месть. Под маской нежности, страница 52 – Алла Нестерова

— Миша, успокойся, — я подошла, стараясь говорить мягко, хотя внутри всё кипело. — Может, это временно? Аудит закончится, и…

— Временно?! — он резко повернулся, и я невольно отступила. Его глаза горели яростью. — Ты хоть понимаешь, что твой отец делает?! Он меня топит! Я вкалывал, чтобы его бизнес рос, а он вставляет мне палки в колёса! И ты… ты тоже хороша! Шляешься с какими-то спонсорами, пока я тут разгребаю!

— Миша, это был просто ужин, — я сжала кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не накричать на него. — Я же объяснила.

— Объяснила? — он шагнул ближе, и воздух между нами накалился. — Думаешь, я слепой? Я видел, как ты смотрела на этого хлыща! Илья Старостин, да? Думаешь, я не знаю, кто он? Ты с ним за моей спиной шушукаешься, а я должен молчать?

— Ты снова несёшь чушь, — я повысила голос, не выдержав.

Он ушёл в спальню, хлопнув дверью. Я осталась посреди гостиной, чувствуя, как дрожат руки. Михаил был на грани, и это делало его опасным. Но я знала: доказательства у меня, и завтра они будут у отца. Игра подходила к концу.

Поздно ночью я проснулась от приглушённого голоса Михаила. Осторожно встав, я прокралась к двери гостиной. Он говорил по телефону, его голос был приглушённым, но полным ярости.

— Илья, где Лена, чёрт возьми?! — шипел он. — Почему у неё телефон выключен?

Илья что-то ответил, и Михаил продолжил:

— Уехала к родителям? Как уехала и почему мне не сказала? … Ладно, с ней я разберусь. Какую игру ты затеял? Когда ты переведёшь деньги? Мы договаривались, что ты закроешь дыры, а теперь тянешь время!

Я затаила дыхание, прижавшись к стене. Михаил замолчал, слушая ответ. Затем его голос сорвался на крик:

— Не смей мне указывать, что делать! Ты по уши в этом дерьме, Старостин! Если я пойду ко дну, ты утонешь вместе со мной!

Раздался резкий хлопок — Михаил швырнул телефон. Я услышала, как он выругался, а затем шаги — он сейчас выйдет из комнаты. Я быстро вернулась в спальню, оставив дверь слегка приоткрытой и увидела, как Михаил направился в кухню. Звук открываемой бутылки, глухой стук стекла о стол. Я вернулась в кровать, сердце колотилось. Илья, похоже, отказался играть по правилам Михаила. Это давало надежду, но и пугало — Михаил становился всё более непредсказуемым. Тянуть больше нельзя, пора заканчивать этот спектакль.

Рано утром я собрала документы и ноутбук, стараясь не шуметь. Михаил ещё спал, похрапывая после ночной выпивки. Я оставила записку, что уехала по делам, и выскользнула из квартиры. В такси я крепко сжимала сумку с доказательствами, чувствуя, как каждый километр приближает меня к развязке.

В офисе отца меня встретил Виктор Павлович. Его обычно непроницаемое лицо, словно высеченное из камня, сегодня выражало редкую смесь тревоги и решимости, что заставило моё сердце сжаться.

— Маргарита, проходите. Александр Викторович ждёт, — его голос был сух, но в глазах мелькнула искренняя забота.

Кабинет отца был переполнен людьми, и напряжение в воздухе можно было резать ножом. Отец сидел за массивным столом, его лицо было суровым, но в глазах читалась гордость. Рядом с ним — Семён Борисович, начальник службы безопасности, чьи пальцы нервно постукивали по подлокотнику кресла. Два юриста из отдела, уткнувшись в бумаги, о чём то шептались. В углу стоял незнакомый мужчина в строгом тёмно-синем костюме — его холодный взгляд и выправка выдавали человека из правоохранительных органов.