Книга Сводные. Ты (не) можешь меня любить, страница 8 – Ника Лисицына

— Ты никогда не будешь ходить по дому в подобном виде, – говорю, но голос резко садится, и я сглатываю.

— В каком “таком”?

— Обнажённом, – говорю, поджимая губы.

— А разве я хожу по дому обнажённым? – удивляется этот гад.

— Ты издеваешься? – возмущаюсь я.

— Ничуть, – качает головой. – Я был обнажённым в своей комнате, – говорит он, пристально глядя в мои глаза. – И смею заметить, ты сама ворвалась в мою спальню.

От возмущения даже дыхание перехватывает. Стою и хватаю ртом воздух. Жар приливает к моим щекам.

— Ты… Ты…

— Да? – усмехается он, делая шаг ближе и чуть склоняясь.

Чувствую его обжигающее дыхание на своих губах и замираю испуганным кроликом.

— Я лишь констатирую факты, – продолжает он, глядя в мои глаза.

— Это не твоя комната, – выдыхаю я.

Мой голос дрожит и скатывается в шёпот.

— Что? – удивляется Макс.

Благодаря его ошеломлению я могу взять себя в руки и оттолкнуть от себя.

— Ты уехал из этого дома, и теперь эта комната не твоя! – заявляю я. – А это значит, что ты не можешь ходить по ней так, как тебе вздумается.

— Ты что, обиделась на меня, что не было продолжения? – снова удивляется Макс, и, похоже, он искренне задаётся этим вопросом.

— Всегда знала, что ты идиот, но не думала, что настолько, – фыркаю в ответ, хоть и мысленно приходится согласиться с этими словами, и оттого сильнее начинаю ненавидеть этого засранца.

— Скажи, Барби, тебе понравилось то, что ты увидела?

— Прекрати нести чушь, – взрываюсь я.

— Это не чушь, – улыбается он. – Это твои желания, – он склоняется ещё ниже. – Понравилось, но прикоснуться не смогла. Оттого такая колючая, – говорит, словно пытается прочитать меня.

Смотрю на этого хама и диву даюсь, насколько он самоуверен! А ведь раньше таким не был.

Но стоит признаться хотя бы себе, что он и правда великолепен. Мускулистое тело, накачанные грудные мышцы и бицепсы, кубики на прессе… Он просто идеальный. А то, что должно было быть спрятано под трусами… Да он просто гигант! Вот только язык его портит, и всё вспыхнувшее очарование от его внешности тут же тает, стоит ему только раскрыть свой рот.

— Да меня от твоего вида едва не затошнило, – говорю я, глядя на него полным презрения взглядом. – И если ты думаешь, что от лицезрения твоего… твоего… – назвать не могу, просто рукой указываю, – органа, я упаду к твоим ногам, то ты сильно ошибаешься.

— И почему я тебе не верю? – усмехается Макс, чуть отступая.

Вижу, как в его глазах всплеснулось негодование, но он старается не подать виду.

— Ладно, – говорит. – Чего хотела?

Мысленно хмыкаю и усаживаюсь на диван в гостиной.

— Совет директоров прислал мне сообщение, – говорю я. – Они собирают собрание завтра утром.

— Хм, – усмехается, глядя в сторону. – Быстро же они подсуетились.

— О чём это ты? – хмурюсь я.

— Хотят сместить отца с должности генерального директора, – поясняет неохотно.

— В каком смысле “сместить”? – удивляюсь я.

— Им известно, что отец не в том состоянии, чтобы управлять компанией, вот и собираются отстранить его от должности.

— Но как… погоди, – я хмурюсь и пытаюсь понять, что происходит. – А разве это вообще возможно?

— Сразу видно, что ты совершенно не смыслишь в бизнесе, – усмехается Макс, и садится на другой конец дивана, о чём-то думая и едва слышно начиная говорить сам с собой. – Значит её оповестили, зная, что могут надавить. А это значит, они собрались выкупить акции компании. Что ж, их ждёт облом.