Книга Убрать ИИ проповедника, страница 48 – Лиза Гамаус

Сначала в биотроне ему снилась прожитая жизнь — детство в интернате, бесконечный голод, институт, юная Марго, куда ж без неё, остров Бали, где огромный Будда сам с ним поздоровался, театр, опять Марго, его мастерская, где он начал вырезать свои панно, но потом он заметил, что видит совершенно другого себя и ходит совершенно по другой реальности. Он видел бескрайние зелёные поля, летающие тарелки, небоскрёбы, красивых синеглазых высоких женщин с почти белыми волосами и никак не понимал, почему из ночи в ночь опять видит эту реальность, не может же ему сниться один и тот же сон на протяжении нескольких дней. Не вечный ли уважаемый металл явился причиной его фантастических видений, думал Эдвард.

В какой-то из дней Наташа попросила зайти в процедурную, где его ждали два высоченных и стройных молодых парня в белых халатах. Раньше он их не видел, всё общение в основном проводилось через голограмму или, в крайнем случае, появлялась Наташа. Была это одна и та же девушка или их было несколько, трудно сказать. Парни в халатах приветливо улыбались, положили Эдварда на кушетку и сказали, что введут очень важный препарат, который отключит его на несколько дней. Уверили, что технология проверенная, и им нужно, чтобы он был спокоен и уверен в том, что он в надёжных руках.

Эдвард уловил лёгкий иностранный акцент в их языке, но какой именно не понял. Он быстро подчинился и настроился на свою творческую волну — представил себя в своей старой студии с резцом в руке. Никаких приборов и вообще никакой медицинской техники в процедурной не стояло, но Эдвард знал, что он под контролем, так как всё, что нужно, хозяева смогут иметь дистанционно. Потом очень быстро вокруг его тела парни установили каркас из белого материала, похожего на пенопласт, вкололи ещё какие-то инъекции в ноги и руки, и он тихо и мирно заснул.

Проснувшись, Эдвард чувствовал себя очень скверно — его тошнило, он не мог встать с кушетки, руки висели, как плети, язык еле ворочался. Пришли опять эти двое в белых халатах, похвалили его за успешное преодоление почти сорокалетнего рубежа и отвезли на кресле, как инвалида, в его комнату. Постепенно тошнота и слабость прошли. Эдвард стоял перед зеркалом и пристально всматривался в изображение. Свершилось! Он не выглядел похожим на себя молодого, надо было присматриваться, чтобы узнать в нём Петухова тридцатилетнего. В зеркале стоял другой Эдвард — Эдвард сногсшибательный!

Отражение выдало высокого стройного блондина с синими глазами и с улыбкой на миллион долларов. Мать честная! Эдвард быстро узнал его — это он и был из сноведений, которые он видел в золотом биотроне. Он расправил плечи, потрогал кадык, подёргал себя за уши, повернулся боком, снял штаны. Всё было на месте. Пошёл в душ и простоял под водой минут пятнадцать. Первое, чего ему хотелось, это увидеть Марго. От этой мысли он замер, ведь она, наверное, тоже теперь другая? Какая? Ох Ну, и Стеша с Муслимом, наверное, тоже. Сколько я вообще проспал в процедурной под этим лекарством? Не могут же они нас по отдельности омолаживать. Он подошёл к тумбочке и нажал на кнопку вызова.

— Привет, Наташа, я могу теперь встретиться с Марго и остальными?

— Привет! Они ждут тебя в зимнем саду. Ты можешь отправиться туда прямо сейчас. Приятных неожиданностей!