Книга Развод. Не ломай мне карьеру, страница 39 – Зоя Астэр

— Не хочу прежнюю жизнь, - признаюсь я. – Там в богатом доме я сидела одна, пока муж постоянно был в командировках и изменял мне.

Антон замирает с поленом руке. Молчит задумчиво, а потом и вовсе уходит на улицу.

Проснувшись утром и повалявшись немного в теплой постели, я встаю и подхожу к окну.

Сразу обнаруживаю источник разбудившего меня шума.

Это Антон рубит во дворе дрова.

Муж закатал рукава своего дизайнерского свитера и уверенно разрубает на части одно полено за другим. Кладет дерево на подставку, умело замахивается топором, четко ударяет, собирает упавшие в разные стороны обрубки и кидает их в одну кучу.

Любуюсь Антоном. Он красивый мужчина. Сейчас почему-то особенно. Кажется, я могла бы весь день смотреть, как напрягаются его крепкие плечи вместе со взмахами топора. Мышцы рук эффектно натягивают плотную ткань свитера.

Дурацкие беременные гормоны. Это все из-за них, разумеется.

Зажмуриваюсь, чтобы прогнать наваждение, но это слабо помогает.

Заставляю себя отвернуться от окна и иду на кухню. Там обнаруживаю, что печь уже растоплена. Муж даже поставил на печку кипятиться котелок с водой.

Не ожидала от Антона такой хозяйственности.

Но именно он тут чувствует себя как рыба в воде. А я теряюсь на каждом шагу.

Хоть в детстве мы и помотались с семьей по стране из-за службы отца, но без благ цивилизации никогда не оставались. В квартирах, где мы жили, всегда были газ и электричество.

И я понятия не имею с какой стороны подходить к этой печке.

Как в ней готовить-то? Вот сверху установлено что-то похожее на железную конфорку. На ней очевидно можно как минимум вскипятить воду, как на плите.

Я снимаю прихваткой с печки котелок с бурлящей водой.

Но ведь обычно готовят внутри…

Пока что мы обходились бутербродами и гостинцами, но долго так не протянем. Придется осваивать…

Завариваю чай для себя и Антона. Нарезаю хлеб для бутербродов.

Вместе с ритмичными ударами топора слышу звук подъезжающей машины, а через минуту на кухню заходит Антон с дядей Димой.

Раскрасневшийся от работы и холода муж приносит с улицы запах дерева. В одной руке он держит несколько поленьев, а в другой – ведро с водой из колодца.

Я чувствую, что краснею. Слишком уж все это мирно и по-домашнему. Трогает за душу.

— Смотрю вы тут обживаетесь, - довольно замечает дядя Дима.

— А куда деваться? – усмехается Антон.

Я готовлю еще одну чашку с чаем для дяди Димы и быстренько нарезаю ветчину для бутербродов.

— Хорошо, что ты уже размялся, - говорит дядя Дима, отхлебывая из своей чашки. – Я как раз за тобой приехал. Поедем сегодня дрова вам на зиму заготавливать.

Антон вздыхает, но кивает.

— Спасибо, дядь Дим. И за помощь с дровами. И за дом. И за то, что Лизу забрали вовремя. Я погорячился немного. Ты прав: главное, что моя жена в безопасности. Остальное – второстепенно. Я с тобой потом обязательно расплачусь.

— Дурак, ты, Антон. – дядя Дима аж кривится. – Вот хоть и умный, и хваткий, а все равно дурак. Чем ты со мной расплатишься? Деньгами? С тебя кто-то эту плату требует разве? На что мне твои деньги сдались?

— Понял тебя, дядь Дим, - серьезно отвечает Антон.

-Ну все, хватит жевать, поехали уже! – дядя Дима отодвигает от себя чашку и встает на ноги. – А ты, депутатская жена, кончай мужа бутербродами кормить. Приготовь к нашему возвращению что-нибудь съедобное. Продуктов тебе достаточно привезли.