Книга Измена. Незаменимых нет, страница 42 – Зоя Астэр

Больно видеть разочарование на лице Глеба, но я не вправе давать ему ложную надежду.

— Ты до сих пор любишь Воецкого, не так ли? – спрашивает Глеб, и я вижу злость на его лице.

— Нет, конечно.

При упоминании Германа, мое сердце пробирает мороз.

Лицо Глеба кривится от злой усмешки.

— Прекрасная Снежная Королева никого не любит… возможно, ей просто нечем, - говорит он.

Эти слова задевают меня, пробираются под кожу, острым ножом вспарывая сердце. Потому что, мне кажется, что Глеб прав.

Я давно превратилась в ледышку.

К глазам подступают слезы, а горло сводит спазмом. Удар от друга получить всегда больнее, чем от кого-то постороннего.

Смаргиваю влагу в глазах и разворачиваюсь, чтобы сбежать.

— Аня… черт, прости меня! – спохватывается Глеб. – Я не это хотел сказать!

Но я не верю.

Иду вперед, не оборачиваясь. Почти что бегу.

Глеб не решается остановить меня там, где нас увидят сотрудники его конторы. Так что наш разговор окончен.

Выхожу на улицу и выдыхаю с облегчением.

Все-таки я не совсем ледяная. Мое сердце сейчас болит оттого, что я не хочу терять друга, но ответить на его чувства тоже не в состоянии.

Ловлю такси и прошу отвезти меня к детскому саду, в который ходит Даша. Сегодня мне нужно забрать ее после обеда и отвезти к зубному врачу на осмотр.

Я нашла чудесного детского стоматолога. Он просто заклинатель маленьких детей, и у него на кресле они послушно открывают рот, давая осмотреть себя без криков и протестов.

Проблема только в том, что недавно этот чудесный стоматолог из нашего района переехал в центр вместе со своим частным стоматологическим кабинетом.

Так что мне приходится паковать сонную, оставшуюся без тихого часа дочь в теплый комбинезон и везти на такси обратно в центр.

В машине Даша засыпает, но этого ей недостаточно. Так что, проснувшись, она капризничает, и с готовностью демонстрирует окружающим свой непростой характер.

— Простите, пожалуйста, - я извиняюсь перед доктором, которого дочь укусила за руку до крови. – Нужно было выбрать другое время приема, но у вас такой плотный график. Мест совсем не было…

— Ничего страшного, - врач натянуто улыбается, обрабатывая руку антисептиком.

Бывают дни, когда все идет наперекосяк. И этот явно один из них.

Когда мы с дочкой выходим на улицу, ветер вырывает у нее из рук игрушечную пластиковую бабочку. Это подарок от стоматолога за то, что в конце концов Даша дала себя осмотреть.

Не успеваю я понять, что происходит, как малышка вырывает свою руку из моей и несется вперед за игрушкой.

Вот только улицы в центре узкие. И тротуар заканчивается буквально через пару шагов.

Я срываюсь с места, но с ужасом пониманию, что не успею. Дурацкая китайская копеечная бабочка приземляется прямо на дорогу, а дочь уже в шаге от того, чтобы попасть под машину.

Эта самая страшная в моей жизни секунда растягивается до бесконечности. Я тяну к Даше руки с немым криком, застывшем на лице, наблюдая как маленькая ножка уже ступает на проезжую часть.

Внезапно проходящий рядом мужчина подхватывает мою девочку на руки, оттаскивая от дороги обратно на тротуар.

И время отмирает. Проехавший мимо автомобиль сигналит, оповещая нас о том, что мы напугали водителя. Ветер снова дует, срывая с деревьев последнюю листву, а я делаю вдох.