Книга После развода. Верну тебя, жена, страница 31 – Оксана Барских, Рита Нестерова

— Что, довольна, что испортила подарок Вадима? Ты хоть знаешь, сколько они стоят, клуша?! — рычит она, а я делаю глубокий вдох, чтобы не сорваться на плач.

Держусь из последних сил. Кто бы знал, как тяжело мне дается вся эта бравада, от которой сводит живот.

Я знаю, на что она намекает. Что это мой муж подарил ей это откровенное белье.

Я бы хотела сказать, что не верю ей, что это правда, но… Всегда есть это пресловутое но.

Вадим мог. Очень даже мог.

В первые годы нашего брака он часто баловал меня походами в магазины нижнего белья. Любил оценивать его на мне, подбирать на свой вкус.

Это когда я забеременела, прекратила эти походы, так как в своем положении мне важнее комфорт, здоровье и удобства, и Вадим всё понял. Мне так казалось…

— И сколько же? — зачем-то интересуюсь я, а сама прищуриваюсь. Не сомневаюсь, что такая меркантильная девчонка, как Ольга, точно знает, сколько Вадим на нее потратил.

А я будто истязаю себя, желая узнать, в какую сумму он оценил свою любовницу.

Дыхание спирает, в воздухе повисает тяжелое вязкое напряжение, пока я жду ее ответа. Мимолетом я заметила марку на бирке. Недешевый бренд. Обычная секретарша на свою зарплату такого себе позволить не может. Даже у меня всего одна пара этого белья.

— Дорого, — протягивает, издеваясь надо мной, Ольга, а затем называет цифру, от которой у меня возникает беспомощная слабость в мышцах.

Мне Вадим такое дорогое белье никогда не дарил…

— Что молчишь, как воду в рот набрала? — ухмыляется Ольга, когда я молча на нее таращусь.

Мне бы отвернуться, чтобы не унижаться, но она я так неприятно потрясена этим открытием, что просто не в силах этого сделать. Рассматриваю я с каким-то отчаянием, которое сдавливает обручем мою грудную клетку, и пытаюсь понять, что такого Вадим в ней нашел, что дарит ей такие дорогие подарки.

Дороже, чем тебе.

Ехидный голос внутри поддевает меня, заставляя чувствовать себя никчемной дешевкой с законным статусом жены.

Мне казалось, что я в любом случае в более выигрышной позиции, чем Ольга, она не сможет смотреть на меня свысока, ведь всего лишь любовница, а теперь ощущаю себя тем самым ничтожеством. Нелюбимой женщиной, об которую с легкостью вытирает ноги не только муж, но и его подстилка, умело раздвигающая перед ним ноги.

— Проваливай, дрянь, — выдавливаю я из себя охрипшим голосом и обхватываю ладонью шею. Болит. Впрочем, внутри меня сейчас всё адски болит.

— Дрянь? От оскорблений тебе легче становится? — фыркает Ольга, чувствует себя на коне. Даже будто не обижается на мое “дрянь”, а наоборот, наслаждается моим выпадом. Словно перехватывает у меня бразды управления нашим разговором.

Я же чертыхаюсь, жалея, что вообще ввязалась в этот разговор с ней. Надо было оттолкнуть ее в самом начале с силой и захлопнуть перед ее носом дверь. Да так, чтобы прищемить ее шнобель.

Разглядывая ее, пытаясь выискать изъяны, и нахожу. Не бывает идеально красивых людей. Вот и у Ольги непропорционально большой, хоть и прямой нос. И чем дольше я на него смотрю, тем огромнее он мне кажется. Уже как будто половину ее лица занимает.

— Ладно, неважно, — хмыкает она снова, так и не дождавшись от меня комментариев. — Оскорбляй сколько хочешь, но имей в виду, что наши дети будут родственниками. Неужели ты хочешь настроить их друг против друга?