Книга Любовница моего мужа, страница 14 – Оксана Барских

— Ты хотя бы понимаешь, как это опасно? Неизвестно, кто там отец ребенка, и какие гены будут у него. А вдруг наркоман или потомственный алкоголик? Шизофреник, не дай бог? Неизвестно от кого нагулянный.

— Галина Никадимовна, — попыталась возразить, но ей не хватало силы характера, чтобы противостоять такой властной женщине. Надя и не решалась, боясь, что Леша узнает и обидится, что она не уважает его мать.

— И не спорь. Так и знай, я категорически против.

— Не переживайте. Мы не планируем усыновлять ребенка Миры. Мы…

— Вот и правильно. Нечего благотворительностью страдать. Пытайтесь сами. А если не можешь родить, так лечись. Не пудри мозги моему Леше, он мужчина в полном расцвете сил, а я не молодею, внуков хочу.

Слова свекрови резали ее без ножа. От них рубцевалось сердце и хотелось плакать от обиды. Надя прикусила губу, чтобы не разрыдаться и не впасть в истерику. Если она расскажет Галине Никадимовне о причине сложностей с беременностью, Леша никогда ее не простит.

— Я поняла вас, — глухо прошептала в трубку и молча выслушала кучу наставлений, чем лучше кормить мужа, чтобы он уделял ей больше внимания.

— В общем, завтра ждите меня в гости. Накрой на стол, как полагается, ты знаешь, что я люблю. Совсем без меня глупостями страдаете.

Не слушая возражений Нади и не обращая внимания на то, что она болеет, свекровь просто поставила ее перед фактом и бросила трубку.

Весь оставшийся день Надя ходила сама не своя. А вечером, когда в квартире прозвучал скрежет ключа, ее ждал сюрприз. На пороге топталась счастливая Мира, а рядом мрачной глыбой стоял Леша, держа в руке огромную сумку.

После ужина Мира легла спать, утомленная переездом, а Гдальские лежали в постели и обсуждали произошедшее.

— Ты ведь не хотел усыновлять его, что изменилось?

Надя даже дышать боялась, чтобы не спугнуть свое счастье. Мира будет жить у них под боком, и она сможет наблюдать, как малыш зреет у нее в животике. Да и присмотр за ней не помешает, ведь Алена в больнице, и неизвестно, когда придет в себя. А лишние нервы мамочке ни к чему.

Надя мысленно прикусила язык. Мамочкой станет она, не Мира, нужно свыкаться с этой мыслью.

— Ты ведь хотела этого, Надь, — протянул Алексей и прижал голову жены к груди.

Ему не хотелось, чтобы она сейчас видела его лицо. В кромешной темноте этого и так не произошло бы, но лишний раз рисковать он не хотел. Как и усыновлять ребенка.

Вот только что-то внутри него свербело, и он помчался в родной городок жены к ее племяннице отнюдь не из-за ее просьбы. Не услышь он слова про другую семью, в которую Мира собиралась продать его ребенка, не сорвался бы и не отпрашивался ради этого с работы.

— Леш, ты приехал к нам, я так и знала, вкусностей наготовила, — встретила его на пороге совершенно здоровая Мира, засияв и улыбнувшись при виде него.

Он и не сомневался, что это был разыгранный по нотам спектакль, чтобы заманить его на свою территорию. Опустил глаза к невыдающемуся животу и сморщился. Вся эта ситуация была ему неприятна, и если бы можно было повернуть время вспять, он бы не пошел на поводу у жены и не связался бы с этой вертихвосткой.

— Сколько ты хочешь? Назови сумму, — шагнул в квартиру, закрывая за собой дверь.

Со всех сторон жили любопытные соседи, которые знали и его, и Надю, и он не желал, чтобы до нее дошли гнусные слухи.