Книга Любовница моего мужа, страница 15 – Оксана Барских

— О чем ты, Леш? Я хочу только одного, чтобы наш малыш рос со своим папой, в полной семье, — выпятила живот и погладила его, словно перевешивающий ее тело арбуз.

— Не неси чушь, я тебе сразу сказал, чтобы ты сделала аборт, курица, — зарычал, хватая суку за горло и пришпандоривая к стене. Держал ее на расстоянии, не желая соприкасаться с ней ничем, кроме пальцев. — Если Надя узнает обо всем, твоя жизнь превратится в ад. Ты меня знаешь, Мира, ты же хочешь, чтобы мамочка твоя вернулась с того света? От меня зависит, какое лечение она получит. Или не получит.

Лицо девчонки побледнело, и она вцепилась ногтями в его кисть, царапая кожу и пытаясь освободиться. В ее глазах мелькнул страх, впрочем, быстро сменившийся восхищением.

— Ты такой грубый и мужественный, настоящий мужик, Леш, это меня и привлекло с самого начала. Разве ты не хочешь ребенка, сына, милый? Надя ведь пустышка и не способна родить тебе. Ущербная она, так зачем ты…

Гдальский не дал ей закончить свои гнусные фразы. Отпустил горло и залепил пощечину, не жалея ее даже из-за беременности.

— Если твой поганый рот снова откроется в сторону Нади… Ты и мизинца на ее ноге не стоишь, мерзавка. Знала бы она, какую змею на груди пригрела, — зловеще произнес, и этот голос Мира слишком хорошо знала.

Девчонка сглотнула и опустила глаза в пол. Они наполнились слезами, и она расплакалась, не пытаясь сдержать рыдания. Ну почему всё лучшее достается не ей? Ну вот чем Надя лучше ее? Она ведь старая и жирная, а у нее, у Миры, и грудь упругая, и задница без стрий и целлюлита.

Она даже забеременела с первого раза, как и хотела, удачно проколов презерватив, лежавший в портмоне Леши. Кто бы знал, чего ей стоило долго сдерживаться, чтобы поймать его на крючок.

Верный до зубовного скрежета и совершенно не велся ни на ее откровенные вырезы на блузке, ни на сексуальные чулочки, якобы случайно засвеченные из-под юбки, ни на откровенные позы. Ничего.

А потом случился корпоратив, на который Надя отпустила его с ней, якобы племянница присмотрит за мужем. Это был ее шанс, который Мира не упустила, и вопреки наказу ненавистной удачливой тетки, не препятствовала ему в распитии алкоголя, а даже, наоборот, подливала, когда он отворачивался.

Ее старания дали плоды, и когда все стали расходиться, она повела Лешу в кабинет, а он, идиот, перепутал ее с женой, но в тот момент было плевать.

— Хочу тебя, Надя, любимая, — шептал он всё время, пока вбивал ее в стол.

Не зря она заморочилась с презервативом, он ничего не заподозрил даже трезвым, и это дало ей время сохранить и скрыть беременность.

Мира думала, что он обрадуется малышу, ведь так долго этого хотел, а его дура-жена не могла осуществить его мечту и зазря пользовалась его деньгами, которые тратить он должен был на нее и на их ребенка, который рос в ее животике.

— Знала бы она, какого кобеля пригрела, — парировала, скалясь мужчине в лицо. — Тронешь меня хоть пальцем и больше меня не заткнешь, любимый.

— Какая же ты тва-а-арь, — ощерился Гдальский, не понимая, как не заметил ее змеиное нутро раньше.

Рассказывать Наде она ничего не планировала, лишь угрожала. Мира понимала, что нужно действовать хитрее, если она хочет получить всё — Лешу и статус его законной жены, матери его единственного сына, наследника. Главное — снова оказаться в доме Гдальского, а там она врастет в его жизнь так, что он не избавится от нее больше. Никогда.