Книга Другая женщина. Она хочет забрать мою семью, страница 63 – Оксана Барских

— А этот выродок что тут делает?

Впервые слышу и вижу, что она выходит из себя. Теряет контроль и не скрывает своего истинного отношения к новому гостю.

Парень довольно молодой, лет двадцати на вид. Растерянно оглядывается по сторонам и выглядит осунувшимся и потерянным. Высокий, стройный, внешне он не похож ни на Нору, ни на Льва, но вот его взгляд, когда проясняется, практически копия взгляда Льва Гольденберга.

Его сын. В этом не остается сомнений, особенно когда он подходит к нам. Поджимает губы при виде Норы, смотрит на нее как на врага. Видимо, они не ладят.

— Тебя никто не приглашал. Как ты посмел сюда заявиться? — шипит Нора, но от Марка, на удивление, не отцепляется.

— Мне не нужно приглашение на похороны собственного отца, — цедит сквозь зубы парнишка. Мое первое впечатление о нем оказывается ложным. Голос выдает в нем человека твердого и уверенного в себе, несмотря на его внешний растрепанный вид.

— Вы не общались пять лет, Густав. Не знаю, на что ты надеялся, придя на похороны, но отец давно вычеркнул тебя из завещания. Можешь закатать губу и проваливать, не позорь память Льва!

Несмотря на то, что она шипит негромко, люди, стоящие рядом, оглядываются, с интересом вслушиваясь в их разговор. Везде люди одинаковые. Никогда не пройдут мимо сплетен.

— Если кто из нас алчен, так это ты, Нора, и мы оба это знаем. Хочешь выгнать меня с похорон собственного отца? Дерзай. Посмотрим, что скажут гости.

Парень хоть и бравировал, выводил мачеху на эмоции, но по глазам видно было, что он по-настоящему расстроен смертью своего отца. Нора же, осмотрев зал, где было множество гостей, прикусила язык и промолчала. Не хочет публичного скандала, как бы ни относилась к пасынку.

Густав, как она его назвала, кидает на нас с Марком нечитаемый взгляд и отходит, кто-то из друзей отца его узнает и уводит, что-то с ним обсуждая. Нора же наконец отлипает от Марка и шагает к одному из своих помощников. Их у нее, как оказалось, здесь много.

Интересно, кто из них тот самый любовник, которому она якобы слала фото и смс?

Или это всё же была байка и никакого любовника нет?

— Не знала, что у Льва был сын, я думала, он бездетный, — задумчиво произношу я.

— Густав от первого брака, — кивает Марк, не особо удивляясь, но я чувствую, что он напряжен.

Вот только я слишком хорошо его знаю, так что появлением сына Льва он никак не расстроен.

— Слушай, а Лев и правда ничего сыну не оставил? Разве так можно? Если у него два наследника, сын и жена, то хоть что-то да оставить должен был.

Я помню слова Элеоноры о том, что Лев выгнал сына и вычеркнул из завещания, но Густав не показался мне исчадием ада. Не удивлюсь, если Нора и виновата в ссоре отца и сына.

— Я сейчас буду, Вик, ты постой тут, хорошо?

Я отпускаю Марка, а сама задумчиво прислушиваюсь к тому, что говорят люди неподалеку, которые, кажется, в курсе происходящего. На удивление, они сразу, как только муж куда-то испаряется, подходят ко мне. Говорят по-английски, и я радуюсь, что знаю язык, не чувствую себя тут белой вороной, которая ничего не понимает.

— Вы ведь Виктория, жена Марка Александровича, верно?

Семейная пара, которая оказывается напротив, выглядят, как ровесники Льва Гольденберга.

— Да, а вы…

— Я одноклассник Льва, Олаф, а это моя жена Оливия, — представляет себя и жену седовласый подтянутый мужчина.