Книга Другая женщина. Она хочет забрать мою семью, страница 88 – Оксана Барских

Но сейчас, глядя на довольную улыбку мужа, я понимаю, что он, как всегда, добьется своего — в том числе и того, чтобы у нас нашлось время на супружеские отношения, несмотря на любые хлопоты.

Когда Алиса засыпает, мы перекладываем ее обратно, и остаток ночи проходит спокойно.

Домой нас выписывают уже на следующие сутки, и выписка превращается в настоящий праздник. Марк настоял на том, чтобы устроить торжественную встречу, заказал фотографа, шарики, большой плакат «Добро пожаловать, Алиса!» у порога.

Я, если честно, едва не утонула в объятиях, нас поздравляли наши друзья и даже все соседи, случайно оказавшиеся на улице. Вот уж не думала, что в нашем тихом элитном поселке уделят столько внимания появлению еще одного младенца.

Марта в этот день чувствует себя настоящей звездой. Гордо идет рядом с папой, держа букетик, и объявляет всем: «Это моя сестричка приехала домой!».

Я же только смеюсь, хотя и смущена. После больницы сил на шумные мероприятия было мало, хотелось просто побыстрее лечь в свою кровать, но против счастливых родственников не попрешь.

Мама с Катей накрыли целый, благо, подруга заехала помочь нам по пути из офиса. Так что вечер прошел хоть и сумбурно, но приятно.

И всё же, самым приятным моментом того дня для меня стал поздний вечер, когда, наконец, все разошлись, и наша новая семья осталась наедине.

Алиса уснула в своей новой кроватке, Марта тоже улеглась после бесконечных попыток выпросить разрешение поспать рядом с малышкой. Пришлось пообещать ей, что когда Алиса подрастет, они устроят себе пижамную вечеринку, и только тогда она угомонилась.

Я же, освежившись под душем, впервые за несколько суток надела свой любимый домашний халат. Он мне был уже тесноват, живот хоть и ушел, но всё еще выглядит будто я месяце на третьем беременности. Впрочем, я стараюсь не расстраиваться, ведь надеюсь, что со временем приду в форму. Да и сейчас забот полно поважнее.

Спустившись на цыпочках вниз, нахожу Марка на кухне. Он стоит у раковины, закатав рукава рубашки, и методично перемывает посуду после всех угощений.

Забавная картина. Мой солидный муж, успешный адвокат, орудует губкой и моет тарелки с таким сосредоточенным видом, будто это самое важное дело на свете.

Я тихонько подкрадываюсь сзади и пальцем веду ему от поясницы вверх по хребту. Марк вздрагивает и чуть не роняет тарелку.

— Упс, — хихикаю я. — Извини, не удержалась.

Он оглядывается, прикидывая, чем бы мне «отомстить», и, не найдя ничего лучше, легонько брызгает в меня пеной с рук. Я же пискнула и отскочила.

— Марк! — шепотом возмущаюсь я, тру рукавом халата пойманные капли. — Разбушевался…

— Сама напала, — также шепотом парирует он, ухмыляясь. — Враг подкрался незаметно, так сказать.

Я делаю невинные глаза, будто и вовсе не при делах.

— Я вообще-то пришла сказать тебе, что кое-кто уже спит и можно бы и нам отдохнуть.

Марк ставит последнюю тарелку на сушилку, вытирает руки и подходит ко мне вплотную.

— Отдохнуть? — переспрашивает, глядя сверху вниз с тем самым притворным непониманием. — Вы, мадам, вроде бы утром спали, днем спали… Какой еще отдых?

— Очень смешно, — скрещиваю руки на груди, делая вид, что обиделась. — Ты у нас рожал пятнадцать часов? Вот и нет! Так что не ерничай.

Марк мгновенно меняет ухмылку на виноватую улыбку: