Книга Предатель. Моя сестра от тебя беременна, страница 51 – Оксана Барских

К счастью, нас никто не останавливает. Кажется, им нечего сказать, но я не обольщаюсь. Они скоро придут в себя и начнут терроризировать мой телефон звонками, но к этому времени я уже буду готова к разговору с ними. Это сейчас они застали меня врасплох, но больше этого не произойдет.

— Что они от тебя хотели? — спрашивает меня Андрей, когда мы отъезжаем подальше.

— Чтобы я вернулась к Глебу, что же еще. Хотят, чтобы Зина тайно родила, а мы с ним усыновили этого ребенка.

— Ты не шутишь? — удивленно спрашивает Андрей.

— Не удивляйся. Мои родители — люди своеобразные. Кольку, братишку моего, только жалко, как он будет в этой семье расти.

Младшего брата я и правда люблю, ведь в отличие от наших родителей и Зинки, он был таким же отщепенцем в семье, как и я. Хотел жить в городе, получить образование и найти работу в офисе, а не работать на свиноферме или ездить на тракторе, вспахивать поле. У него есть мечты, которыми он делится только со мной, так как никто в семье его больше понять не сможет.

— Ты могла бы его в город забрать.

— Куда? Я сама в твоем фургоне на птичьих правах живу. Скоро рожать, а я до сих пор не решила вопрос с квартирой. Глеб в чем-то прав, не на дачу же к тебе его приносить после родов. К счастью, подруга скоро из-за границы возвращается, обещала приютить меня.

— Кстати, об этом, Варь. У моей мамы квартира есть, доставшаяся ей от бабушки. Сдавать она ее не хочет, да и там ремонт делать надо. Лет тридцать не делался. Она предложила, чтобы ты там пожила, сколько понадобится. За квартирой присмотришь, а насчет оплаты не переживай. С тебя только коммуналка. И скажу сразу, возражения она принимать отказывается. Так и передала.

Я улыбаюсь, так как это и правда похоже на Веру Трофимовну.

— Я не могу, Андрей, я и так слишком много пользуюсь твоей добротой. Ты даже не обязан время мне уделять, не то что жилье. Мне элементарно стыдно.

— Мама так и предполагала, что ты скажешь нечто подобное, поэтому прислала тебе голосовое, которое, как она меня уверила, убедит тебя принять помощь. И кстати, мне слушать запретила, так что послушай в наушниках, держи.

Я не возражаю, когда на светофоре Андрей достает телефон с наушниками и протягивает их мне.

— Варечка, я знаю, что тебе гордость не позволит принять такую помощь. Ты, наверное, считаешь, что чужой добротой пользоваться нельзя, и что ты должна со всем справиться сама, но послушай меня, пожалуйста. Ты даже не представляешь себе, как мне это всё знакомо. Я ведь была когда-то на твоем месте. Беременная, без работы и денег, еще и Андрейка маленький был на руках. Родители мои умерли еще когда мне было десять, так что родных у меня практически не осталось. Податься было некуда, а домик в деревне был уже под снос. В моей жизни тогда случайно появилась Мария Олеговна, с которой я иногда сталкивалась в продуктовом магазине и перекидывалась парой слов. Когда нас выгнали со съемной квартиры, я сидела несколько часов на лавочке внизу, отправив Андрея играться на детской площадке, а сама плакала, думая, что мы обречены. Такой баба Маша и увидела меня, когда возвращалась от подруги, а как узнала, в каком мы положении, даже слушать не стала моих возражений и извинений, что стесняем ее. Так что Любочку, когда она родилась, я привезла в квартиру к бабе Маше. Мы жили у нее еще года три, пока я не встретила своего ныне покойного мужа Диму. Мы стали с ней друг другу семьей. Андрей и Люба всегда считали ее родной бабушкой, а я нашла в ее лице маму, которую потеряла давно. Она завещала мне свою квартиру и… Когда я благодарила ее за то, что много лет назад она не прошла мимо, она сказала мне то, что навсегда отпечаталось у меня в голове.