Книга (Не) Единственная, страница 41 – Алена Московская

Тяжелый вздох по ту сторону трубки. Второй.

Как взбодрить сонного человека без смс и регистрации. И бесплатно причем.

— Тот тип мерзкий, завтра придет? — решила я сменить тему, как его там?

Я вспомнила его лицо. Его голос и манеру общения. Не хочу его принимать. Но не стажерке же с ним говорить? Нет.

Вот ив се. Быть взрослым человеком, значит делать то, что не нравиться и не делать того, чего не надо. А это не нравится, но надо.

— Александр, — проинформировала подруга.

— Ну вот. Александр. Молодец, будет чистый ротик у Сашеньки, а у меня голова вскипит, чувствую, — решила пожаловаться я, чтобы скрыть причины своего истинного волнения.

— Ты за сыном едешь, да? — но Катька знала, почему я переживаю

— Угу, — коротко ответила я, заворачивая в сторону аэропорта, — за сыном.

А у самой руки снова холодеют. А я уже печку дважды прибавляла. Дважды.

— Все нормально будет, сейчас увидит тебя и обрадуется. Обнимет тебя, и вы поедете домой.

— Кать, — прервала я, — я уже знаю, что это будет не так.

— Ты себя настраиваешь уже, заведомо на негативную ноту, — она говорила нежно и тихо.

Но я еще слышала ту искру недоверия и страха. Да. Страха. Я думаю, она боитсья, что разозлилась и что накричу на нее.

Но на нее не накричу. Я люблю ее, как самого близкого человека, который у меня есть не по крови.

Это она. И тот факт, что муж к ней приставал, не значит, что я должна поставить крест на человеке. Которая моя единственная опора сейчас.

— Настраивай не настраивай, Кать, все будет как будет, я же не спутниковая антенна. А чувство да, неприятное, как к чужому человеку еду, после последнего диалога.

— Бодрись, моя хорошая, и как встретишь, напиши, я буду переживать.

— Отдыхай лучше, завтра на месте переговорим. Но да, — я поставила на паркинг, — я напишу. Спокойной ночи.

— Спокойной, — ответила она коротко и сбросила.

А я осталась одна в машине. Одна. В тишине, пронзающей сердце и разрывающей ушные перепонки.

Тошнота подкатывала к горлу, а горячий воздух не помогал.

Боже. Что еще сегодня меня добьет? Задницей чувствую, ждет меня еще выход. И это не из-за подогрева сидений.

Это из-за моей жизни. Просто, потому, что она у меня одна. Единственная.

Наталья

Сидя в машине напротив аэропорта, я вдруг ощутила, насколько я устала.

От всего — от этих бесконечных ссор с Костей, от его нападок и манипуляций, от одиночества, даже когда рядом кто-то есть. Последние три недели я будто плыла сквозь рутину, вцепившись в этот брак ради чего-то непонятного, и вот теперь… Неужели так будет всегда?

Ну не будет же? Не будет? Я не позволю себе так долго страдать.

Хотелось исчезнуть хотя бы на пару дней. Уехать куда-нибудь с Катькой, взяв детей и вырвавшись на природу.

Сбросить с себя этот груз — раз, и свободна.

Мы бы валялись на холодной траве, пили чай из термоса, делали шашлыки, смеялись до слез и рассказывали истории, которых раньше не решались друг другу открыть. Пусть всего несколько дней, но зато без всей этой драмы и бессмысленного чувства вины.

Да. Да. Оно меня тоже гложет. Я вздохнула и огляделась по сторонам, пытаясь переключиться, и тут заметила его — Дима, мой сын, вышел из дверей терминала.

Три месяца я его не видела. А как будто вечность пошла. Вырос то как....

Думала, вот он появится, а я обниму его так, что мы снова станем целым, что он вновь напомнит мне о том, каково это — чувствовать себя нужной.