Книга Ты моё спасение, страница 55 – Наталья Одинцова

— Ольга! — гаркнув на меня, останавливается. - Выкладывай, что я тебе сделал не так?

— Из-за тебя я закрутила отношения с собственным братом! Ты понимаешь, что ты сделал? Я полюбила своего же брата. Чёрт побери. Ты всю жизнь мне сломал. Всю жизнь.

— Кто брат? Андрей? Хм...ну так-то он тебе не брат. — заявляет он злобно.

— Ну да, а ты мне не папа, и сестра мне не сестра. — так же злобно отвечаю я.

— Я серьёзно! — повышает тон и смотрит серьёзно исподлобья на меня.

— У меня есть доказательства. — достаю из кармана пальто два фото и показываю отцу. - Видишь, какие мы не брат и сестра? На первом фото маленький Андрей, на втором фото я с мамой. Теперь ты убедился?

Он переводит дыхание и обречённо сообщает:

— Алина тебе неродная мать!

— Папа, мне не смешно.— слёзы начинают вновь течь по щекам.

— Я правду сказал. — рычит он на меня, разворачивает и уходит в кабинет и через две минуты возвращается с какими-то письмами. - Читай. Это всё она тебе писала, до самой смерти.

Увидев письма, замираю. Остываю, будто ледяной водой окатили. А после паузы спрашиваю:

— Что там? — даже открывать их боюсь.

— Доказательства того, что вы с Андреем друг другу по крови никто. Я сам узнал об этом только недавно. После смерти Алины. Читай. Я не буду тебе мешать. — разворачивается и уходит в кабинет. Но на последок останавливается и командным тоном произносит, - Завтра же возвращаешься в Россию.

А я стою как истукан и смотрю на кипу писем в своей руке. А если это он сам и написал, чтоб мозги мне запудрить? Ладно. Мамин почерк знаю. Проверить смогу.

Беру чемоданы, и аккуратно с ними поднимаюсь на второй этаж.

Дохожу до двери в мою спальню и, положив пальчики на ручку двери, останавливаюсь. Я скучаю. Скучаю по тому времени, когда здесь всё дышало. Была бесконечная суета. И теперь здесь такая тишина, от которой в ушах звенит и становится очень тоскливо.

Беру себя в руки и открываю дверь в комнату. Захожу, затаскивая за собой чемоданы, и осматриваюсь.

Здесь ничего не поменялось. Как будто время остановилось даже в этой комнате.

Оставляю чемоданы у двери, снимаю с себя пальто и кидаю его в кресло. Снимаю сапожки и запрыгиваю на кровать. Усевшись в позе по-турецки, раскладываю перед собой письма. Что меня ждёт в этих письмах? Моя мама не является матерью Андрея или... наоборот?

Беру первое письмо. Открываю, а там дата моего рождения. Кажется, это оно. Сердце начинает бешено колотиться. Мне страшно. Но я должна прочитать, всё, что меня касается.

Разворачиваю лист и начинаю читать:

1 июня. То утро я не забуду никогда. То злосчастное утро, когда заболел живот, а Серёжи не было рядом. Тот день, когда моя настоящая дочь умерла. Сколько слёз я пролила. Мы очень хотели этого ребёнка. И чтобы мой муж не узнал об этом, я подменила детей. В тот же день на свет появился ребёнок служанки, тоже девочка. Я узнала о девочке случайно. Как оказалось, когда я прилетела в Париж за сестрой, Серёжа крутил роман с этой служанкой. У нас с ним тогда ещё ничего не было. Он воспользовался ею и бросил. А когда его отец узнал, что она беременна. Пригрозил уволить, если она не избавится от ребёнка. Ну как можно избавиться от ребёнка? Вот и я не смогла. Пришла к этой девушке в палату и сказала, что всё знаю. Она долго извинялась передо мной. Хотя ни в чём не виновата. И я предложила ей сделку. Я попросила у неё её девочку. Сперва она испугалась. Я пообещала, что наша девочка будет жить счастливо. И что Серёжа будет её любить. И ничего не узнает. От меня точно ничего не узнает. Она долго думала, размышляла. И вечером пришла ко мне в палату и сказала, что другого варианта у её дочери выжить просто нет. Поэтому ради малышки и её блага, она согласилась отдать её мне. И подписала все необходимые документы. А когда я взяла свою малышку на руки, внутри будто всё расцвело. Будто моя дочь и не умерла вовсе. Я позвонила Серёже и сказала, что мы готовы ехать домой. Он был безумно счастлив. И буквально за сутки подготовил для нашей доченьки детскую. Я знала, что он любит меня. И понимала, пока я жива, и пока я рядом, он будет любить всех, кто меня окружает. Так и получилось. В нашей дочери он души не чает. Игрушками заваливает, ночами с ней помогал всегда. Я даже подумала, наверное, и к лучшему, что с Павлом ничего не вышло. Но сердце молчало. К Серёже я испытывала только чувство благодарности за его любовь ко мне и нашей малышке. .