Книга Ты моё спасение, страница 73 – Наталья Одинцова

— У тебя есть время подумать, но только недолго.

Затем встаёт с постели и уходит из комнаты, оставляя меня в полнейшем потрясении.

Да-а-а, их идея — это бомба для нервной системы отца. Он нас закопает.

Сижу и раздумываю, что же мне делать?

Вот уже неделю я хожу сам не свой. Меня всё раздражает. Даже Шура, которой я от обиды на Олю, сам сделал предложение. Лучше бы мне Костя тогда врезал, да посильнее.

Я не представляю себя рядом с ней. А она радуется. Ходит, улыбается. Готовится к свадьбе. Ресторан ищет, платье ищет, советуется со мной по любой мелочи: от цвета скатертей до, где и как лучше провести церемонию.

Я думал, она остыла ко мне за эти годы. Но, похоже, я ошибся. Она ходит, сияет как фонарик, а мне стыдно. Стыдно признаться, что мне эта свадьба и вовсе не нужна. Я со злости тогда выпалил это предложение. И она чёрт побери, ещё и согласилась. И я теперь не знаю, как признаться, что не хочу этого ничего.

И с ней быть не хочу.

Я уже неделю пытаюсь дозвониться до Оли. Но она усердно игнорирует мои звонки. Смс писал, бесполезно. Она не отвечает. И на что только надеется? Что я прощу её? Да, я люблю её. Но она же со мной не по любви. Не по любви была. И меня это убивает. Я всё никак не могу перестать думать о ней. Она снится мне!

Помню, как во сне прижал её к себе и не мог отвести взгляд от её губ. Соскучился. Так хотел поцеловать! И поцеловал....подушку. Проснулся от ощущения чего-то мягкого и обволакивающего. Оказалось, уткнулся лицом в подушку. Приплыли. Вместо Оли — подушка, мать твою за ногу.

Мама постоянно ворчит. Говорит, что я полный дурак. Почему полный дурак? Да потому что не поверил Оле.

А мне больно и обидно. Могла же сказать сразу, кто она и зачем здесь. Да, возможно, она не получила бы вообще ничего либо....либо получила, но взамен на любовь. А не наоборот!

Хороша, ничего не скажешь. Потерял Андрюша свою голову где-то с концами.

На этой неделе будут готовы документы. Дарственная. Останется дождаться появления малыша на свет.

Мой! И ничей больше. Так греет эта мысль, что я всё-таки буду папой. Первый крик, плач, потому что малыш хочет есть, смена подгузника, бутылочка с молоком. Хм... А если бы Оля рассказала всё сразу, то я бы любовался тем, как она кормит нашего сына...или дочь. Неважно. Главное, чтобы родился здоровенький. Вот только жаль, к животику, наверное, я прикоснуться не смогу. Только потому, что не могу прикоснуться к той, которая врала всё это время. Ни одна девушка не вызывала никогда во мне столько эмоций.

Набираю Шуру.

— Алё,

— Шур, привет.

— Привет Дюш.

Меня начинает бесить то, как она меня называет, но я всё же продолжаю разговор:

— Шур, прости, что вот так вот всё.

— Как так? Ты о чём?

— Что поступаю сейчас с тобой плохо.

— Что значит плохо? Что ты сделал?

— Шур, прости, но ни о какой свадьбе и речи быть не может. Я от обиды тебе сделал предложение. Хотел отомстить Оле. Но хуже сделал только себе.

— Ты серьёзно?

— Да. И давай больше не будем возвращаться к этому вопросу.

— Ладно. Что с тобой делать? Только понять, простить и отпустить.

— Я думал, ты обидишься. Накричишь. А ты.

— Дюш, если честно, очень обидно, что я стала твоим орудием пыток. Но на предложение я согласилась не потому, что захотела замуж, а потому что хотела, чтобы ты остыл и одумался. Я ждала, что ты придёшь в себя. И как я заметила, в глаза мне врать тебе надоело. Если ты всё-таки позвонил и сказал правду.