Книга Жаркий приказ босса, страница 38 – Саша Девятова

Неужели всё это только потому, что ему не всё равно?

(Павел)

Я иду рядом с Викторией по раскалённой дорожке, и каждый шаг отдаётся гулким стуком в висках. Не от шампанского — оно давно выветрилось. От её близости. От тишины, что висит между нами, густая и сладкая как мёд. «Давайте просто забудем». Чёрт возьми, я бы отдал всё, чтобы иметь такую возможность. Стереть всё это и начать с чистого листа. С профессионального, холодного, удобного листа.

Но лист испорчен. На него пролились чернила моей дикой, неконтролируемой ревности, и они въелись в бумагу навсегда. Я видел испуг Вики, её обиду, а потом — эту удивительную, ледяную собранность, когда она приняла мои извинения. Она скала. А я — тот самый мальчишка, который носится вокруг с криками и размахивает кулаками.

И самое ужасное, самое невероятное — я не хочу откатываться назад. Мысли путаются, сбиваются в кучу, но одна прорезается чётко и ясно: я не хочу забывать. Хочу, чтобы этот жар на её щеках, эти вспышки в глазах возникали из-за меня, а не из-за какого-то проходимца-итальянца. Из-за меня, и только.

Мы подходим к стеклянным дверям отеля. Вика тянется к ручке, но я опережаю её, придерживая тяжёлую створку. Наши руки не касаются друг друга, но я чувствую исходящее от неё тепло. Она молча проходит внутрь, в прохладу холла.

«Сделать всё аккуратно и ненавязчиво, чтобы не оскорбить». Новая мантра. Она звучит в голове, заглушая прежнюю, деловую и бездушную.

Как, чёрт возьми, это делается? Где учат этому искусству — подходить ближе не распугивая? Я мастер переговоров, я могу сломать волю конкурента одним намёком, но я абсолютно беспомощен перед простой задачей: показать этой женщине, что она мне небезразлична.

— Может кофе? — срывается у меня с губ, как только мы пересекаем центр холла, голос звучит чуть хрипло. — Или… что-то холодное? После той жары.

Я уже ненавижу себя за эту неуклюжую попытку, но Виктория оборачивается, и в её глазах читается лёгкое удивление. Не испуг, не раздражение — просто удивление. Она, наверное, ожидала, что мы молча пройдём в номер и займёмся рабочими вопросами. К той самой единственной кровати, что теперь, кажется, мне каким-то странным, двусмысленным намёком судьбы.

— Да, кофе, было бы неплохо, — говорит она после секундной паузы. — Эспрессо. Как раз приведём в порядок заметки по переговорам.

Дело. Всегда дело. Это наша общая почва, наш безопасный плацдарм.

— Конечно, — я киваю с облегчением, слишком быстрым, чтобы быть естественным. — Обсудим… итоги.

«Итоги». Какие, к чёрту, итоги? Итог один — я вёл себя как идиот и чуть не угробил сделку из-за того, что какой-то щёголь посмотрел на мою сотрудницу. На Вику.

Находим столик в тихом углу лаундж-зоны. Она садится, достаёт планшет, её пальцы бегут по экрану. Я заказываю два эспрессо. Сижу и смотрю на неё, позволив себе это наконец — просто смотреть. Как мягкий свет бра касается её волос. Как она чуть хмурит брови концентрируясь. Как она прикусывает нижнюю губу, и это сводит меня с ума.

Виктория поднимает на меня взгляд, и я спешно отвожу глаза, делая вид, что изучаю меню. Господи, Демидов, соберись. Ты не подросток.

— Павел Семёнович, — её голос заставляет меня вздрогнуть. — Насчёт завтрашней встречи. Я думаю, мне стоит в самом начале взять инициативу на себя, представить структуру предложения ещё раз. Чтобы задать тон. Как считаете?