Книга Бывшие. Кредит на любовь, страница 8 – Саша Девятова

Я останавливаюсь посреди кабинета, дышу тяжело, почти рыдаю, но сдерживаюсь. Руки дрожат, сжимаю пальцы в кулаки и ногтями впиваюсь в ладони, пытаясь вынырнуть из полуобморочного состояния.

Лёша молчит. Ждёт.

— Я согласна, — выдыхаю я, эти два слова обжигают губы как яд. — На твои условия. На этот... брак.

Смотрю на него, вкладывая в свой взгляд всю накопившуюся ненависть. Чтобы он понял. Чтобы он знал.

— Но это ничего не изменит. Ничего. Я делаю это только ради мамы.

Алексей медленно поднимается из-за стола. Его высокая фигура в тёмной кожаной куртке заслоняет свет от окна. Он подходит ко мне неспешными, бесшумными шагами, чувствуя себя полновластным хозяином этого пространства. Останавливается совсем близко, нарушая все границы личного. Его запах, кожи и дорогого, терпкого парфюма, снова окутывает меня, становится гуще и навязчивее.

— Я даже не сомневался, что ты примешь единственно верное решение, Даш, — говорит он тихо, и в его голосе нет ни торжества, ни злорадства. — Контракт уже готов. Осталось только подписать.

Дышать нечем. Воздух густой, как сироп, и он не попадает в лёгкие. Голова кружится, я хватаюсь за край стола, чтобы не упасть.

— Присядь, — его голос доносится будто издалека, он не помогает мне, лишь отодвигает стул одним точным движением ноги.

Я не сажусь, я падаю на сидение, потому что ноги больше не держат.

Передо мной на стол ложится прозрачный файл. За пластиковой плёнкой текст. В глазах слёзы, они искрятся и не дают сфокусироваться. Я вижу только жирную шапку: «БРАЧНЫЙ ДОГОВОР».

Всё, что ниже, это расплывшееся серое месиво. Буквы пляшут и убегают.

— Дай воды, — хриплю я, отрываясь от этой пытки, горло сжимается до боли.

Вольский не двигается с места первое время, давая мне прочувствовать всю глубину моего унижения. Потом, не сводя с меня взгляда, наливает в стакан воду из хрустального графина на столе. Движения бывшего экономны, в них нет ни суеты, ни лишней жалости, взгляд скользит по моему лицу, по дрожащим рукам.

— Может, чего-нибудь покрепче? — произносит, прищуривая взгляд, и в голосе слышна лёгкая, шутливая нотка.

Закусываю губу до крови и киваю. Коротко, отчаянно.

Да. Мне нужно именно это. Прямо сейчас. Иначе я рассыплюсь здесь, в пыль, в истерику, в ничто.

Он разворачивается к скрытому в стене мини-бару. Спина прямая, плечи расправлены. Каждое его действие — это демонстрация полного контроля. Наливает коньяка ровно столько, чтобы помочь, но не чтобы опьянеть. Ставит стакан передо мной с тихим, но чётким стуком по дереву.

— Выпей. Приди в себя, — говорит он уже без насмешки. Деловито. — Контракт нужно читать внимательно.

Я смотрю на янтарную жидкость. Рука дрожит, когда я беру стакан. Залпом выпиваю половину. Острое, обжигающее тепло разливается по желудку, ударяет в голову.

Мир на секунду теряет резкость, становится чуть менее болезненным.

Теперь глоток ледяной воды, чтобы сбить жар. Глубокий, дрожащий вдох.

Ещё один глоток коньяка, уже меньше.

Тело понемногу отпускает панику, сменяя её тяжёлым, пластмассовым онемением.

Я протягиваю руку к файлу. Пальцы всё ещё не слушаются, но я разворачиваю сколотые степлером листы. Заставляю глаза бежать по строчкам.

«...совместное ведение хозяйства не предполагается...»

«...раздельное проживание...»