Книга Папа для озорных апельсинок, страница 31 – Кэти Свит

Но я не отчаиваюсь. Справлюсь!

В конце концов, это ведь мои дети.

Вдруг краем глаза замечаю Куравлева. Он разговаривает с кем-то по телефону и переводит на меня ошалелый взгляд.

Мне достаточно одного этого взгляда, чтобы понять. Все плохо.

— Мам, там дядя Вова, – Маня тянет меня в сторону, где стоит Куравлев.

— Мы опаздываем, – произношу с нажимом. Крепко держу за руку дочку и не позволяю ей оттащить меня к нему.

— Мама, – упирается Соня.

— Идем, – заставляю и ее идти следом за собой.

— Ласточкина! Стой! – летит в спину гневный голос. Ноги моментально врастают в асфальт.

— Куравлев, – выдыхаю обреченно. Изо всех сил пытаюсь справиться с растущим в груди раздражением, но из этой затеи ничего не выходит.

Я дико зла.

Вова обгоняет меня, останавливается и не дает пройти.

— Почему не сказала, что родила от меня? – взгляд бывшего горит. Он вне себя от гнева. Таким разъяренным я его еще не видела никогда.

— Ты отправил меня на аборт, – шиплю зло. – Не припоминаешь? – щурюсь. Стараюсь выглядеть бесстрашной и непобедимой, хоть внутри у самой все дрожит.

— Но не избавилась! – продолжает закипать Вова. – У меня есть дочки! Я их отец, – отрезает сурово. Бросает беглый взгляд на Маню и Соню, он полон нежности и… вины.

Промелькнувшие эмоции сбивают с толку, но я стараюсь держаться. Изо всех сил.

— И что? – с вызовом смотрю на него.

Куравлев нависает надо мной грозным исполином, я стою на месте, не отступаю, хоть трясусь вся, как осиновый лист.

— Это мои дочери! – заявляю, чуть ли не топнув ногой. – Не твои! – задеваю его за больное. – Ты потерял право называться отцом, когда отказался от них.

И от меня…

— Мамочка, – Соня дергает меня за рукав. – Это кто?

— Мам, – вторит ей Маня. – Этот дядя наш папа?

На меня выжидающе смотрят три пары одинаковых глаз.

— Серег, привет! – приветствую старого друга. Мы с ним уже не виделись тысячу лет!

Я со своими завалами на работе и проблемами, что возникают то и дело, забыл, когда проводил время с друзьями. А ведь они зовут встретиться несколько раз в месяц. Правда, у меня пока никак не выходит выкроить время на отдых, каждый день расписан от и до.

— Здорово! – в динамике раздается довольный жизнью бодрый голос.

После того, как обрел семью, Серега довольно сильно изменился. Стал гораздо спокойнее и уже не так часто зависает на работе, а выходные стабильно проводит с семьей на даче. И каждый раз зовет нас с парнями туда.

— Сереж, потише, детвора спит, – на заднем фоне звучит тихий шепот Люды.

Супруга Сереги – мать его детей и та женщина, которая смогла подобрать ключик к черствому сердцу Карпатова.

— Да, дорогая. Сейчас, – Серый говорит приглушенно и, судя по всему, выходит на улицу. – Ты не занят сегодня в обед? – вдруг спрашивает меня ни с того ни с сего.

— Да хрен его знает, – произношу неоднозначно. – Сложно что-либо прогнозировать. Понятия не имею, как сложится сегодняшний день.

Кидаю взгляд на подъезд, в котором скрылась Аня с нашими дочерьми. Прикидываю, сколько времени им потребуется привести себя в порядок, и понимаю, что, вероятнее всего, в квартире они пробудут достаточно долго.

Хотелось бы дождаться девчонок, но такими темпами не уверен. В офис пора.

Вчера я сорвался с работы раньше положенного и теперь мне нужно закончить сделать намеченные на вчера и сегодня дела в самые сжатые сроки. Время не терпит.