Книга Любовь на грани смерти, страница 159 – Юлия Гойгель

Я молчала. Мне было жаль, что всё так произошло. Я потеряла ребёнка, так и не узнав о нём. Это смягчило боль. Я не успела к нему привыкнуть. Но я бы радовалась его рождению.

— Никогда не прощу отцу, — тихо произнёс мужчина. — Ты как-то спрашивала меня о любви. Помнишь?

— Помню. Ты сказал, что не веришь в неё.

— Я ошибался. Я бы очень сильно любил нашего ребёнка. Твоего и моего сына. Но он у нас ещё обязательно родится! Лиза, я люблю тебя. Как же сильно я люблю тебя! Сильнее собственной жизни, — он посмотрел в мои глаза, прижался лбом к моему лбу. — Сразу врачи не дали мне никаких гарантий относительно твоей жизни. У меня было достаточно времени разобраться в своих чувствах. Вспомнить каждую минуту, которую мы провели вместе. Ты не обязана мне верить. Я столько раз обещал, но вновь и вновь подводил тебя. Но я хочу, чтобы ты всегда знала, что я люблю тебя. Буду любить до последнего вдоха. Если будет возможность, то и после него. Ничего мне не нужно в этой жизни, лишь ты одна. Я всё сделаю для тебя. Всё, что ты попросишь.

— Отпусти меня.

— Лиз, ты сама не понимаешь, что говоришь, — покачал головой мужчина. — Я не смогу без тебя.

Меня выписали ещё через три дня, когда закончился курс антибиотиков, а анализы показали почти норму. Хайдар впервые оставил меня вечером перед выпиской и провёл ночь в доме отца. Со мной остался Стас. Наплевав на мнение и чувства окружающих, лёг спать в соседней кровати.

Я поблагодарила его за то, что он дал мне кровь.

— Ты мне теперь почти сестра, — засмеялся Горыныч. — Почему не спишь. Уже поздно?

— Не могу. Думаю, о завтрашнем дне. Не хочу возвращаться на виллу.

Бывший босс по безопасности лишь вздохнул.

— Не бойся. Хайдар там такой разнос устроил. Шир-Диль не знал, куда в собственном доме прятаться. Впервые столкнулся рогами с равным себе по ярости и силе. От их скандала вся вилла тряслась, словно землетрясение наступило. Отец Хайдара живёт по своим законам, даже я не всегда могу его понять. Но Хайдар — единственная ценность, что у него есть. Шир-Диль это хорошо понимает. Он гордится взрослым, успешным, сильным сыном. Таким же упёртым, как и он сам. Хочет, чтоб тот и дальше оставался с ним рядом, значит придётся смириться с тем, что мальчика контролировать больше нельзя. И он смирился, Лиза. Я это увидел. Хайдар сказал тебе…

— О ребёнке? Сказал.

— Отцу тоже сказал. Я видел, как это ломало их обоих. Одно дело убить игрушку сына, другое — собственного внука. Уже не важно, кто является его матерью. Главное, по чьей вине ребёнок не родился.

— Стас, я не представляю, как встречусь с этой девушкой, Алией. Она ведь перед всеми его официальная жена. А я…

— А ты любимая. Это выше жены, Лиз. Думай только об этом. Шир-Диль дал согласие на ваш брак. Попросил чуть подождать, чтобы родители Алии не сильно обижались. Конечно, такого торжества устраивать не будут. Тебе самой оно вряд ли нужно. Но вы поженитесь. Это уже решено. По этому поводу тебе волноваться не нужно.

— Стас, почему он сегодня уехал? Чтобы быть с ней? — я понимаю, что не могу об этом спрашивать, но и держать в себе тоже.

— Не только. Хочет лично проверить, что встречать тебя будут с распростёртыми объятиями.

— Не нужны мне ничьи объятия. Я понимаю, что Алия ни в чём не виновата, но я никогда не смогу с кем-то делить любимого мужчину. Чтобы Хайдар не говорил, я не привыкну, — признаюсь Стасу. Разве я когда-нибудь могла подумать, что ближе самого страшного Горыныча у меня никого не останется.