Книга Месть. Цена доверия, страница 61 – Лея Вестова

— Повернись ко мне, — тихо сказал он.

Я повиновалась. Он взял мои ледяные, дрожащие руки в свои теплые, сильные ладони.

— Я сейчас расскажу тебе одну историю, — начал он, глядя не на меня, а куда-то вдаль, на серую рябь воды. — Я никогда и никому ее не рассказывал. У меня была младшая сестра. Катя. На четыре года младше. Талантливая, светлая, доверчивая до глупости. Она прекрасно рисовала, писала стихи. Она верила, что все люди по своей природе хорошие.

Он замолчал, сглотнув ком в горле.

— А потом она встретила его. Такого же, как твой Стас. Обаятельного, умного, убедительного. Он говорил ей о великих проектах, о будущем, которое они построят вместе. Он окружил ее такой заботой, что она перестала видеть мир вокруг. Она разорвала отношения с друзьями, почти перестала общаться с нами, с семьей. Потому что он внушил ей, что только он ее понимает и любит по-настоящему.

Его пальцы непроизвольно сжали мои сильнее.

— Он не бил ее. Не кричал. Он действовал хитрее. Он убедил ее взять на свое имя несколько крупных кредитов для его «бизнеса». Убедил продать квартиру, доставшуюся от бабушки. Он выпотрошил ее. Финансово и морально. А когда брать с нее было уже нечего, он просто исчез. Испарился. Оставив ее с огромными долгами и полностью разрушенной психикой.

Я слушала, затаив дыхание, и в его истории видела зеркальное отражение своей собственной.

— У нее был нервный срыв. Тяжелейший. Она провела полгода в клинике. Когда вышла, это был уже другой человек. С пустыми глазами. Она больше никогда не брала в руки кисть. Никогда не написала ни строчки. Он не убил ее физически. Он убил в ней душу. А по закону он был чист. Все документы были оформлены как добровольные сделки. Никакого мошенничества.

Он, наконец, повернулся и посмотрел мне в глаза. В них стояла такая боль, что у меня перехватило дыхание.

— Я смотрю на тебя, Анна, и я вижу ее. Я слышу его интонации в голосе твоего мужа. Я вижу ту же паутину лжи, то же обаяние хищника. Я не смог помочь ей тогда. Я был слишком молод, слишком занят своей карьерой, слишком далеко. Я не понял всей глубины опасности, пока не стало слишком поздно. И я не допущу, чтобы это повторилось. Не снова.

Теперь я поняла. Его участие в моем деле было не просто помощью. Это было искупление. Попытка выиграть ту битву, которую он когда-то проиграл. Моя война была и его войной.

В этот момент между нами рухнула последняя стена. Он перестал быть для меня просто союзником или случайным любовником. Он стал единственным человеком в мире, который понимал не только факты моей истории, но и ее невыносимую, удушающую суть.

Я высвободила одну руку и коснулась его щеки.

— Спасибо, — прошептала я.

Он наклонился и поцеловал меня. Это был не поцелуй страсти или утешения. Это был поцелуй-клятва. Молчаливое обещание идти до конца. Вместе.

Когда мы отстранились друг от друга, дрожь прошла. На ее место пришла тихая, холодная решимость. Охота продолжалась. Но теперь я знала, что я не одна выслеживаю зверя в этом темном лесу. Нас было двое. И это меняло все.

Мир не взорвался. Он не раскололся на миллионы осколков, не рухнул с оглушительным грохотом. Он просто… выключился. Словно кто-то повернул выключатель, и все цвета, звуки, запахи исчезли, оставив после себя лишь черно-белую, немую пустоту. Я сидела в тихой квартире Лены, держа в руке телефон, на экране которого застыл последний кадр видеозаписи — искаженное ужасом лицо автомеханика, произносящего имя «Стас». И внутри меня воцарилась тишина. Не спасительная, не умиротворяющая. Абсолютная. Ледяная.