Книга Месть. Цена доверия, страница 66 – Лея Вестова

— «Helvetia Capital Group», — предложила я, и название родилось само собой. Оно звучало солидно, по-швейцарски надежно и скучно. — Отлично, — кивнул Алексей. — Зарегистрируем ее в кантоне Цуг. Максимальная конфиденциальность, минимум вопросов. Мои юристы подготовят полный пакет документов за два дня. Устав, регистрационные свидетельства, липовые годовые отчеты. Создадим сайт — консервативный дизайн, минимум информации, только контакты и общие фразы о «доверительном управлении активами».

Следующие несколько дней превратились в лихорадочную подготовку к спектаклю. Алексей задействовал свои ресурсы, и я с изумлением наблюдала, как на моих глазах из ничего возникает монстр корпоративного мира. Его люди — невидимые, безликие профессионалы — работали как безупречный механизм. Юристы в Женеве готовили документы, программисты в Берлине создавали сайт, финансовые аналитики в Лондоне прописывали схему, которая должна была выглядеть одновременно и абсолютно реальной, и достаточно «серой», чтобы привлечь такого человека, как Стас.

Схема была простой и гениальной в своей наглости. «Helvetia Capital Group» якобы хотела провести через счета нашей логистической компании около пятидесяти миллионов евро под видом оплаты фиктивных транспортных услуг. Деньги должны были зайти, раздробиться на несколько мелких траншей и уйти на счета подставных субподрядчиков в Азии. Чистая отмывка. За эту «услугу» Стасу предлагался «откат» — десять процентов. Пять миллионов евро. Наличными. Сумма, которая не просто покрывала все его долги перед самыми опасными кредиторами, но и делала его богачом. Свободным, независимым, всемогущим.

Ключевым моментом была подача. Как эта «Helvetia» выйдет на нашу компанию? Мы отмели вариант прямого контакта. Это было бы слишком подозрительно. Легенда требовала изящества.

— Это должно прийти через тебя, — сказал Алексей, когда мы обсуждали финальные детали. — Через «старые отцовские каналы». Какая-нибудь пыльная записная книжка, найденная при разборе его архива. Контакт человека, с которым отец якобы когда-то вел «деликатные дела». Это объяснит, почему они вышли именно на тебя, а не на него напрямую. Они доверяют имени твоего отца, а не его репутации.

Оставалась последняя, самая сложная часть. Мой звонок. Это была моя ария, мой выход на сцену. И от моего исполнения зависело все.

Я репетировала. Закрывшись в комнате у Лены, я часами ходила из угла в угол, проговаривая фразы, подбирая интонации. Мне нужно было снова стать той Аней. Сломанной, уставшей, разочарованной. Мне нужно было спрятать стальной стержень, который выковался во мне, под маской хрупкости и некомпетентности. Это было отвратительно. Я чувствовала себя предательницей по отношению к самой себе, к той новой женщине, что родилась из пепла. Но я знала, что это необходимо.

Алексей был моим режиссером. Вечером, перед днем «Х», он приехал к Лене. Мы сидели на кухне, и он слушал, как я произношу свой текст.

— Нет, не так, — качал он головой. — Слишком уверенно. В твоем голосе должна быть паника. Ты должна бояться этих денег, этих возможностей. Ты должна чувствовать себя маленькой девочкой, которая случайно нашла папин пистолет — и он ее одновременно и манит, и пугает.

— «Стас, я ничего в этом не понимаю…» — произносила я.