Книга Майор Кошмар и Кофейное чудо, страница 25 – Ольга Дашкова

Уже собрался подняться, но тут заметил движение на балконе. Сначала сигарета, дымок в вечернем воздухе, а потом он – Илья. Ее бывший. Стоял, голый по пояс, лениво затягивался, смотрел вниз, как хозяин.

Я замер, кровь ударила в виски. Букет выпал из рук, розы шмякнулись об асфальт, а внутри все взорвалось.

«Она с ним» – как выстрел в голове.

После той ночи, когда она кричала мое имя, когда я брал ее на столе, у стены, в душе, когда она текла подо мной, как сумасшедшая, – она вернулась к этому аферисту?

К этому ублюдку, который бросил ее перед свадьбой и хотел обчистить, как мелкий ворюга? Сжал кулаки так, что костяшки побелели. Все понял – или подумал, что понял.

Мила выбрала Илью. Меня она вычеркнула, как старый рапорт, а этого гада пустила в свою постель.

Не пошел к ней.

Не стал ломиться в дверь и требовать объяснений. Дождался, пока Илья выйдет из подъезда. Через полчаса он появился – наглый, с сигаретой в зубах и ухмылкой, от которой у меня зачесались кулаки.

Шагнул из тени, как волк, и без слов врезал ему в челюсть. Илья отлетел к стене, сигарета выпала, под глазом расцвел фингал.

— Ты что, псих?! – заорал он, но я не дал ему договорить. Удар в живот, хруст ребра – он согнулся, хрипя. Схватил его за воротник, прижал к стене.

— Слушай сюда, мразь, – прорычал я, голос был как рык с моей татуировки. – Еще раз увижу тебя рядом с Милой – посажу. Как афериста, как вора, как мусор, которым ты и являешься. Найду за что, поверь. А если тронешь ее – сломаю не только ребро, а все, что у тебя есть. Понял?

Он кивнул, кашляя и держась за бок. Отпустил его, смотрел, как ковыляет прочь, как побитый пес. Но легче не стало. Вернулся к букету, пнул его, разбросал лепестки по тротуару и пошел прочь, чувствуя, как сердце сжимается от боли и злости.

Вечером сидел в баре с Артемом, школьным другом и женихом, чья свадьба была через неделю. Пили водку – не кофе, не пиво, а что-то, что жгло горло и туманило башку.

Вывалил ему все: как искал Милу, как она меня игнорила, как увидел Илью на ее балконе.

— Она с ним, Артем, – говорил я, стуча стаканом по столу. – После всего, что между нами было! Я ее хочу, брат, до чертиков хочу. Она в голове, как заноза. Ее запах, ее крики, ее попка… Думал, это что-то настоящее, а она выбрала этого урода!

Артем, уже поддатый, хлопнул меня по плечу, чуть не промахнувшись.

— Леха, ты влип, – выдавил он, ухмыляясь. – Ты ж не веришь в любовь, а тут прям поэма! Может, она просто злится? Ты ж с этой Маргаритой ее довел.

— Маргарита тут ни при чем! – рявкнул я, разливая еще водки. – Я ей писал, объяснял, а она… она с Ильей! Была с ним. Я ему ребра сломал, а все равно паршиво. Не могу ее выкинуть, Артем. Все равно хочу забрать себе.

— Ну, так забери! – Артем поднял стакан, пролив половину. – Пошли к ней, споем чего-нибудь! Серенаду, как в кино!

Я засмеялся – хрипло, пьяно, но идея загорелась в башке, как спичка. Допили бутылку, шатаясь, вышли из бара и поехали к Миле на такси. Водитель косился, пока Артем орал: «К ее дому, шеф, будем петь!» Я, с мутными глазами, думал только о том, как она выглянет в окно, увидит меня и… что?

Простит? Или швырнет горшок?

Под ее окнами было темно. Мы вывалились из тачки, Артем притащил гитару – откуда она взялась, не помню, – и начал бренчать что-то вроде «Очей черных».