Книга Явление прекрасной N, страница 140 – Евгения Райнеш

Кроме единственного раза, перевернувшего их жизни. Когда сгоряча решила сделать Нире больно. Пусть и чужими руками. Один единственный раз. Маленький шажок в сторону «поцелуйных» тополей. Неужели Кайса расплачивается сейчас за него?

— Не уверен, что тебя понравится, — почти неслышно произнёс Гордей и повернул ключ зажигания.

В «Лаки» всё началось, там и должно закончиться. Это будет справедливо. Для всех.

Кайса-Нира поняла, куда они едут, когда Гордей свернул к старому заводскому массиву, и потянулись хрущёвки.

— Почему тебе так приспичило поехать в «Лаки»? — спросила она его. — Не можешь забыть?

— Хочу кое-что тебе показать, — уклончиво ответил Гордей.

— Знаешь…

Гордей ожидал, что Кайса разозлится или впадёт в истерику, но она вдруг резко погрустнела, отвернулась и уставилась в окно.

— Мне почему-то твой сюрпризный сюрприз не нравится уже сейчас.

Гордей затормозил у входа.

— Пойдём, — коротко сказал он.

И первым зашагал в сторону крыльца. Наверное, хулиганистые мальчишки побили половину из фонариков на входной гирлянде, и сейчас эти символы вечного праздника выглядели одновременно жалкими и зловещими.

Гордей сорвал ленту, перечёркивающую вход в бар.

— Тут закрыто, — сообщила ему Кайса.

Она стояла немного ниже, у самого подножья крыльца.

— У тебя же есть ключ? Иначе придётся лезть через окно у чёрного входа. Тебе не понравится.

Гордей сказал наобум, не надеясь на успех, но она неожиданно кивнула.

— Случайно есть. Мне дала его Нира, когда мы виделись… В последний раз. Просила присмотреть за баром.

Она вдруг засмеялась.

— Надо же… Я совсем про это забыла. А ты помнишь… Как всегда — молодецкий молодец.

Кайса пошарила в своей маленькой сумочке, вытащила тощую связку ключей.

— Вот этот, — сказала она, шагнув на крыльцо. — Самый большой.

Ключ вошёл в замочную скважину легко. Как нож в масло. Дверь распахнулась словно сама собой. Тут же потянуло сладким, болотным, с нотками кофейной горечи. Кайса с удовольствием прикрыла глаза.

— Я уже успела соскучиться.

— По чему? — оторопело спросил её Гордей.

— Мне всегда нравился здешний кофе, — неопределённо ответила она и шагнула вперёд. — Пойдём! Ты же приволок меня сюда не для того, чтобы стоять на пороге?

Ничего не изменилось со времени последнего разговора Гордея с Буленом. Тонкий слой пыли на столиках и стойке сейчас казался свежим. Бар тщательно убран, в отличие от помещений служебного входа. Наверное, до них руки Булена так и не дошли.

Кайса по-хозяйски опустилась в кресло, не глядя и не смахивая пыль.

— Давай закажем по телефону? — предложила она. — Тут навряд ли что-нибудь приличное осталось. Кажется, давно выключено электричество, а значит, холодильники не работают. Кофемашина тоже…

— Кайса…

Гордей сел в кресло напротив. Их разделял низкий столик.

— Тебе нравится тут? В «Лаки»?

— Конечно, — улыбнулась она. — Бар нашей юности. Недоступная тогда, а от этого ещё более притягательная мечта. Запретный плод…

— Нет, — он покачал головой. — По-особенному? Так, будто это часть тебя?

Кайса-Нира удивлённо посмотрела на него. Гамма чувств пробежала по её лицу, одно выражение быстро сменяло другое.

— А знаешь… Гордеев, ты такой умный! Сейчас мне кажется, что я как-то очень тепло к этому бару отношусь. Как… К чему-то своему, родному. Знаешь, и люблю, и ненавижу одновременно. Такие отношения бывают только с самими близкими людьми.