Книга Последняя сказка Лизы, страница 79 – Евгения Райнеш

Ни о чём таком я не думала. Просто вспомнила. Только смеяться вот вообще сейчас не хотелось.

— Где ты спал сегодня? Наверное, я заняла твою кровать.

Он точно был где-то рядом, раз так быстро явился на мой тихий зов.

— Ты вся дрожишь, — не ответил на мой вопрос. — Холодно?

— Не совсем, — призналась я. — Страшно.

— Свечку?

Шаэль озирался в поисках свечи. Её я взяла со стола, но так и не вернула. Наверное, она, погаснув, закатилась куда-то под кровать, когда я задремала.

— Не нужно, — опять схватила его за руку. — Просто останься. Подыши немного в этой страшной темноте.

Он остановился и опустился на пол, навалившись спиной на кровать.

— Засыпай, — сказал. — Подожду.

— Ковбой Джо, мне холодно — невпопад вспомнила я, а Шаэль удивился:

— Что⁈

— Ничего, — мне стало стыдно. — Просто так…

— Завал почти разобрали, — вдруг сказал он. — Утром пойдём. Ты сможешь? Я повезу.

Я пошевелила ногой.

— Наверное, да…

В тележке ехать не хотелось. Я чувствовала себя в ней униженно. Как упаковка с картошкой, транспортируемая на кассу. Причём сейчас — картошка немытая. Но нога вопила о том, что совсем недавно подверглась тяжким испытаниям, а вернуться в Аштарак очень хотелось. И поскорее.

— Хорошо, — Шаэль обрадовался.

Кажется, ему тоже хотелось поскорее избавиться от меня.

— Только… Извини, должен буду завязать тебе глаза.

— Что⁈ — я, конечно, читала во всяких триллерах, как потенциальной жертве завязывают глаза, но наяву сталкивалась впервые. — Это ещё зачем?

— Тайна не моя. Лиза… Ты должна пообещать, что никому не расскажешь об этом доме. И обо мне.

— Хорошо, я разрешу завязать глаза и дам клятву, что никому не скажу, если…

Последовала многозначительная пауза.

— Если ты скажешь наконец-то, что за вещь искал в моей одежде!

Не ожидала, что Шаэль в этот раз соизволит ответить на вопрос, но он вдруг спокойно произнёс:

— Кулон. Кулон невесты.

— Что⁈ Я представления не имею ни о каком кулоне.

Это правда.

— Маленький кулончик с вензелями. На тоненькой цепочке.

Нечто маленькое и блестящее промелькнуло в памяти. Кулон… Луч солнца сквозь золотые вензеля. Нет, кажется, не золотые… Блестящие и пронзительно жёлтые, но из какого-то неизвестного металла. Прохладные капли ручья…

И тут я вспомнила! С трудом, но вспомнила безделушку, которую, действительно, нашла в реке. И которую тут же благополучно и забыла в кармане Алексовой куртки. Мы купили с Теей в городе новую и наконец-то по размеру. А куда Тея дела ту самую, мужнину, поношенную куртку?

— Точно, — нехотя призналась я. — Ты прав. Я нашла в речке какой-то кулон. Только… Давно уже. Это же твой, такой замысловатый, с витыми вензелями? На цепочке?

Он кивнул.

— Мамин. Я видел, как ты нашла. Был неосторожен и уронил. Поэтому всё стало сложно.

Шаэль вдруг поднялся, подошёл к окну. И тут я поняла, что и гроза, и вой уже прекратились.

— Мамин кулон. Я должен отдать той, что придёт ко мне. Но цепочка порвалась у меня на шее и упала в реку. Ты подобрала. Это неправильно. Как ты можешь? Моя… невеста?

Я удивилась. Шаэль впервые за эти два дня выдал столь длинную тираду. И зажим… В его голосе пропал зажим. Он оказался довольно приятным: с хрипотцой, но не резкой, а какой-то даже… Бархатной.

И только потом до меня дошёл сам смысл его слов.

— Я не могу быть твоей невестой, Шаэль, — уточнила на всякий случай.