Онлайн книга «CoverUP»
|
«Только не это», — судорожно подумал мастер, он попытался было встать и пойти проверить, что творится в его святая святых, но иррациональный страх сковал его, обездвижил безволием. Какофония звуков, на которые в другую иную ночь, ночь без этого знакового повторяющегося сна, Ларик и не обратил бы внимания, сейчас сводила его с ума. Только в очередной раз он обрадовался, что беготня и трескотня за окном затихла, как от калитки донесся уже совершенно явно скрип нагло вламывающегося тела. Причем, через официальный вход на Лариковую территорию. Что-то протопало по направлению к веранде, судя по глухому шлепку споткнулось, затем раздался звук падающего тела, и крик. Причем, чудовище сначала пискнуло, затем взвизгнуло, а через секунду заорало благим матом. Ларик, услышав в голосе монстра подозрительно знакомые, а где-то даже родные нотки, передумал добивать это нечто топором, и сначала осторожно выглянул в окно. Как бы он не был испуган, благоразумие подсказало, что лучше сначала удостовериться, что пострадает именно тот, кто надо. На всякий случай. Под распахнутыми наружу створками бултыхалась костлявая масса, запутавшаяся в постиранном Лариком накануне и сохнувшем на веревке пледе. Плед шел бугристыми волнами. Ларик высунулся в окно ещё сильнее, а когда плед, стараниями того, кто копошился под ним, слетел совсем, мастер сначала замер, затем увидел голову, отливающую мертвенно-синим в лунном свете, крикнул громко: — Яська, твою ж мать! Мальвина гребанная! В один прыжок он преодолел расстояние от окна до входной двери, моментально разобрал баррикаду из стульев, и выскочил на веранду. Подскочив ко все ещё сидящей на земле девушке, он помог ей подняться, отряхнуться, приговаривая: — Извини, извини… Через минуту, убедившись, что с Яськой все в относительном порядке, он насупил брови и строго спросил: — А что ты тут делаешь в такой час вообще-то? — Мне не спалось, — обиженно протянула девушка, и громко икнула. — Я думала про аллергию на тату краски. Думала про руны. Думала про этого диетолога, утонувшего в глотке воды. Думала про тебя. Аида шляется где-то, я в доме одна. Ноги меня сами привели сюда. — Слушай, а ты вовсе не приличная девица, — засмеялся Ларик, на самом деле абсолютно счастливый, что рядом с ним такая теплая, живая и бестолковая Яська. Тем более, что луна, спасительно осветив на минуту опознавательную голубую макушку Яськи, опять скрылась по своим неведомым делам. — Чего это я неприличная? — девушка опять громко икнула и шмыгнула носом, совсем уже подтверждая правоту высказывания Ларика. — Какая приличная девушка придет ночью в дом к незнакомому мужчине? Ты не боишься, что репутация твоя теперь навечно подмочена? Яська озадачено задумалась на мгновение, затем прыснула, все ещё продолжая икать, очевидно, от пережитого испуга: — Это ты-то одинокий мужчина? Ларик немного обиделся: — Вот обесчещу тебя, будешь знать. — Ага! — Яська опять подавилась смехом. — А то я у тебя никогда не оставалась ночевать ещё с детства. Ты — друг, Ларик. Самый лучший и надежный друг. И это было правдой, так что обижаться Ларику было совершенно не на что. Но в глубине души он все-таки немного обиделся. Хотя толком и сам не мог понять на что именно. Выражение лица у Яськи опять стало серьезным. |