Книга Бриллианты в мраморе, страница 14 – Анна Милова

«Как странно… — подумал он, а ведь я и правда ничего о ней не знаю. На вид она явно старше и опытней, чем я. В ней видна именно женская зрелость. Возможно, поэтому я и доверился ей, как матери. Она может быть кем угодно, а я веду её домой.»

Он не вполне понимал, почему так поступает, но куда же ещё ему было её пригласить?

Когда они прошли лестницу, Никола раскрыл перед ней ещё одну дверь и они вошли в Зимний сад. Фанни ахнула. Несмотря на полумрак в нём мерцали тихими огоньками цветы всевозможных оттенков и форм. Цепляясь за длинные, узкие колонны, из медных кадок вились листья тропических растений. Посередине сада из чаши мраморного фонтана струились тонкие пластины воды.

Из сада они вышли в украшенный малиновым шёлком и позолотой, увешанный парадными портретами семейства Романовых, тёмный зал.

— Невероятно! — восхищалась Фанни, — но, знаешь, всё это больше похоже на музей, чем на дом для семьи. Глаза устают от сияния и позолоты. Не зажигай света. Как можно вот так просто жить в такой неестественной роскоши?

— Со временем привыкаешь к любой роскоши и её уже не замечаешь. Вот от тебя действительно исходит столько света и тепла, что к этому невозможно привыкнуть. — Никола заметил, как легко произносит совсем не те заученные фразы, которые обычно повторял, как шаблон, в обществе доступных женщин — других у него ещё и не было. С ними он держал себя так, как было принято в высшем обществе. Теперь, возможно, впервые, он говорил женщине то, что думал.

Наклонившись, Никола чуть тронул губами её маленькое ушко. Фанни не остановила его. Он ощутил, как от её тела исходит аромат тёплого молока. Почти задохнувшись им, он возжелал ещё сильнее.

— А сейчас я покажу тебе покои моих родителей.

Никола достал ещё один длинный, узкий ключ и отпер им дверь спальни матери.

— Как элегантна твоя матушка, — не спросив его разрешения, Фанни взяла в руки стоящую на секретере рамку с единственной фотокарточкой Санни, запечатленной анфас с водопадом густых, длинных локонов. — И она так похожа на королеву Марию Стюарт.

— Да, maman это многие говорили.

Фанни смело передвигалась по комнате, пытаясь разглядеть обстановку и картины.

— О, какой дивный образ! — с восторгом указала она на икону матери Божьей, освещенный в эту пору только бледностью ночи и едва заметным сиянием бриллиантов в окладе.

— Это свадебный подарок моим родителям от моего деда Николая I. — с гордостью сказал Никола — мама любит этот образ и считает его чудотворным.

— И какая на нём изысканная рама.

— Фанни, по-русски это называется оклад.

— Ок — лад. — чуть высунув кончик языка, по слогам повторила она. Удивительно! Вы русские так религиозны. В России крепко верит даже самый несчастный и бедный человек, и за всё благодарен Богу, и надеется на его промысел. Такой веры я не встречала более нигде. И на этом окладе, кажется, есть бриллианты?

— Когда кажется креститься надо, как мы русские говорим, — улыбнулся Никола. И снова перешёл на английский — это и есть самые настоящие крупные бриллианты.

Грациозно повернувшись к нему, Фанни глубоко и выразительно вздохнула.

— Ты любишь бриллианты? Почему твои ушки и пальчики не украшают драгоценности? — участливо спросил Никола, чуть тронув вырез её платья. Под ним опять колыхнулась её горячая грудь.