Книга Бриллианты в мраморе, страница 19 – Анна Милова

Фанни едва подавила вздох разочарования. Она ждала, что сейчас он наденет ей на шею колье из отборных драгоценных камней, пригласит уехать с ним в кругосветное путешествие или преподнесет ей чек на значительную сумму денег. И тогда, пожалуй, она могла бы считать, что её миссия окончена. А тут всего лишь какая- то статуя. Каприз мальчишки!

— Если можно, в позе лежащей Венеры, — попросил Никола.

Фанни послушно прилегла на оттоманку, опершись рукой на валик, и слегка обнажила плечи.

— Даная, ожидающая Зевса! — восхитился Антокольский.

— Мне кажется, здесь не хватает какой-то мелкой детали, — с видом знатока разглядывал её Никола, — вот, прошу тебя! — он вынул из кармана и протянул ей свои карманные часы, — возьми их, как яблоко. Ты слыхала о нашем русском поэте Пушкине? У него есть такие стихи:

'Исполнились мои желания. Творец

Тебя мне ниспослал, тебя, моя мадонна.

Чистейшей прелести чистейший образец.'

— Сказано как- будто про тебя. Вот я и нашёл свою чистейшую прелесть.

— Санни, ты точно уверена, что бриллианты с оклада исчезли, пока тебя не было в городе? — Костя уже закипал возмущением.

— О, да, в тот день, когда я уезжала в Павловск, с утра было яркое солнце. Я встала перед образом, чтобы помолиться перед дорогой, бриллианты на нём ещё сияли.

— Но у тебя есть хотя бы какие- нибудь подозрения, как такое могло случиться?

— Какие у меня могут быть подозрения… — вздохнула Санни, — и что поразительно — кроме тебя и меня, ключ от моей спальни есть только у Николы, Юлии Карловны и одной моей горничной. Сюда просто не мог проникнуть посторонний.

— А, понятно! Что ж, тогда виновных следует искать в своём кругу.

— Костя, что ты такое говоришь⁈

— А как же иначе? Не будь такой наивной, Санни. Это дело я так не оставлю, обещаю тебе.

— Ну, что, как? Поговорили? — с порога кинулась к нему Анна, когда он вернулся к себе в Коломну.

— Да погоди ты, — Костя с раздражением отверг её объятья. — У нас в доме беда — из семейной иконы, подарка отца, пропали бриллианты. И мы с женой подозреваем кражу.

— Мы с женой? — раздражённо передразнила его она, — так, значит, о вашем разводе и не слова. И ты считаешь её женой. Очень мило! Боже мой, сколько же ещё всё это будет продолжаться…

— Ох, оставь ты меня, ей-богу! — Костя устало закрыл лицо ладонями. — Боже мой, что же теперь делать… Настигла меня кара Господня.

На другой день после визита Кости Санни посетил петербургский градоначальник генерал Фёдор Фёдорович Трепов. Высокий и крепкий, с густыми усами, в парадном мундире, белых перчатках и в орденах, он осмотрел повреждённую икону, записал примерные размеры пропавших драгоценных камней. С неё была даже снята фотографическая карточка. У Санни нашлась даже прежняя карточка образа — ещё с бриллиантами. Трепов обстоятельно и долго выслушивал все её доводы и мысли. Но ни она, ни Костя не пожелали сделать этот возмутительный случай достоянием общественности — подобное должно остаться «за ширмой» их семьи.

— Ваше высочество, прежде в Вашем доме уже бывали подобные преступления? И возможно ли, что Вы можете кого- либо в этом подозревать?

«Да, подозреваю. В этом доме возможно всё. И не только от живых людей» — хотелось ответить Санни, но она бы не смогла рассказать ему о встреченном ею недавно призраке Элен Араужо и о прошлом, постыдном деянии предка.