Книга Царь ледяной пустоши, страница 84 – Артур Гедеон

Крымов тяжело выдохнул:

— Вашу внучку похитил демон, Григорий Григорьевич, как и многих других женщин, очень древний демон – его зовут Кучерём, по местным поверьям, но это не все. Он лишь одна из голов триединого демона Марагадона, как мы предполагаем. – Крымов достал из сумки глиняного трехголового монстра. – Этой глиняной поделке, закаленной в огне, тысячи лет.

— Этого монстра я и видел на стенах в усыпальнице! – воскликнул генерал.

— Мы даже не сомневаемся в этом, – продолжал Крымов. – Ее нашел один черный археолог в одной из трех пирамид в Ледяной пустоши. Вы там были?

— Увы, нет. Но слышал про эти пирамиды. Продолжайте, прошу вас.

— Одну голову мы срубили два года назад; образно говоря, это было страшное чудовище, честное слово, жуть просто, оно поедало людей; Кучерём – вторая его голова. У каждого чудовища своя фишка, если говорить современным языком. Кучерём способен превращаться в песок и ветер, и что самое страшное – превращать в песок все живое, мимо чего он проносится. Вы сами были тому свидетелем. Так погибли ваши люди. Чтобы сразиться с Кучерёмом и иметь хоть какие-то шансы на победу, мы должны узнать о нем как можно больше. Может, тайна заключена в иероглифах на стенах? Которые ваши криптографы, увы, разгадать не смогли. Может быть, смогут наши.

— А у вас и штат подходящий есть?

— Можете не сомневаться, – вставил Антон Антонович. – Огромный штат с огромными возможностями.

— Тогда сейчас я принесу те фотографии, – сказал Кривонос и поднялся со скамейки. – Ждите меня, господа.

— Ну, что скажете, Андрей Петрович? – когда хозяин дома ушел, спросил Долгополов.

— Думаю, он искренне хочет помочь нам. Жизнь так изломала этого железного человека, что он стал совсем другим, чем был вначале. Я даже скажу так: он сделался нормальным человеком. Что в их среде при их работе бывает крайне редко.

— Это говорит ваша бывшая милицейская неприязнь к работникам спецслужб? – хитро сощурил глаза Антон Антонович.

— Может быть, и это в том числе. Но говорю вам, он преобразился. Подземелье Синего Бора и гостиница, откуда исчезла его внучка, здорово перевернули его душу.

Генерал Кривонос возвращался к ним, в одной руке он нес папку, в другой бутылку – несомненно, это был его «самогон на пробу».

— Что ж, продолжение неплохое, – заметил Антон Антонович, когда генерал подошел к столу и уселся, положив перед собой папку и поставив в центр поллитровку. – Одобряю.

— «Генеральский бальзам», как я его называю. А теперь смотрим, – очень серьезно сказал Кривонос, выкладывая одну фотографию за другой. – Вот они, стены, вот они, иероглифы…

— А это что такое, надгробная плита? Под которой был похоронен купчина Губин?

— Она самая, – кивнул генерал.

— А посмотрите, какой знак на ней, – восторженно пропел Долгополов. – Крымов, Андрей Петрович, эврика! Смотрите, смотрите… Лунный знак!

— Что еще за лунный знак? – спросил детектив.

— Да, мы что-то такое вроде бы тоже увидели, – заметил генерал.

Один ромб на гробовой крышке был высечен вертикально, второй, наложенный на него, горизонтально, а в середине перевернутый рогами вверх серповидный полукруг.

— Постойте, постойте, – пробормотал Крымов.

— Дошло, Андрей Петрович? – Старший компаньон указал рукой на древнюю глиняную статуэтку, стоявшую тут же, на столе.