Книга В объятиях вендиго, страница 119 – Эдди Паттон

Я спустилась, поцеловала отца в макушку, быстро хлопнув по плечу, и ушла из дома, пробежав под дождем и оказавшись в салоне так быстро, как только могла. Норт сидел спокойно, слушая по радио какую-то убаюкивающую композицию в исполнении пианиста. Я не знала, кто играл, но стиль показался знакомым. На панели было написано лишь «9 Ghosts I»^[24], а по пустому, почти лишенному какой-либо жизни взгляду Лестера я поняла, что мужчина слишком глубоко ушел в себя.

— Нужно поспать, – сказала я единственное, что пришло в голову.

Мне тяжело было представить, что переживает человек, в котором сидит подобная зараза – иначе я не могла назвать сущность, которая извернулась настолько, чтобы единственным способом избавиться от нее было самоуничтожение. Проклятие ли это или же намеренное заражение…

— Я не хочу спать, – произнес Норт, отъезжая от моего дома, а я мельком взглянула на улицу: отец махнул мне из-за шторы, а я кивнула ему в ответ, пусть он уже и не увидел бы.

— Тебе совсем плохо из-за «него»? – Мы оба знали, о чем я.

— До одури. Поэтому я мечтаю покончить с ним побыстрее.

— Да, я тоже…

— А затем с собой.

song: remark – game

Лестер продолжил раньше, чем я успела открыть рот, чтобы возразить, тем самым заставив меня молча выслушать его.

— Дело не в том, что я хочу совершить самоубийство. Речь идет об избавлении от этой мрази, а не о том, о чем ты подумала.

На самом деле подумать толком я и не успела: хотелось дать Норту выговориться, пока он ехал по ночным улицам и то и дело включал дворники, чтобы убрать с окна дождевые капли.

— Мне не хочется думать о смерти, – его голос отчасти смягчился, – просто в моей ситуации умереть не страшно. По крайней мере, нас учили этому в военном лагере, пусть и солдат из меня вышел никудышный.

— И много ты прослужил? – спросила я негромко.

— Несколько лет, прежде чем попал на патруль в лес. Затем еще полгода в командировке – и домой. Как-то так.

Следующие несколько минут, оставшихся до его дома, мы молчали. Как Лестер и говорил, через пару улиц от меня и вправду был дом с флагом штата: синий, с кругом, в котором изображался уже привычный пейзаж из реки, скалистых гор и деревьев. Он развевался низко, на уровне крыши, хлестая покрытие слегка стертыми краями.

Одноэтажный коттедж, явно для небольшой семьи, выглядел не таким уж и старомодным, каким я его представляла: белые пласты сайдинга, темная крыша и пара широких окон, занавешенных изнутри.

В темноте ночи он казался почти заброшенным, но как только я ступила на порог, то увидела, что интерьер оказалась куда интереснее моих предположений. Скорее всего, раньше дом принадлежал какой-нибудь молодой супружеской паре, ведь на стенах, помимо привычных уже лесных пейзажей, висели еще и новые рамы с картами округа. В плотную бумагу были воткнуты маленькие флажки. Прошлые жильцы много путешествовали?

Я сняла обувь, увидев, что первым от нее избавился Лестер. Не сняв куртку, он прошел дальше, проведя рукой по стене, словно призывая следовать за ним в соседнюю комнату.

Или я теперь каждое его действие буду воспринимать как намек?

— Кэра, – мое имя прозвучало в этом доме так естественно, будто это не Лестер звал меня из гостиной, а кто-то из членов семьи, вроде отца или дяди, живущего в Атланте, – хочешь что-нибудь посмотреть?