Книга В объятиях вендиго, страница 72 – Эдди Паттон

Я знала, о чем она думает, – эта мысль проскальзывала и у меня: «Лучше бы это были дикие звери…»

В комнате отдыха находилось несколько диванов, составленных квадратом, пара книжных шкафов и горшки с цветами у подоконника. Я не разбиралась в растениях, но мне нравилось, как длинные изогнутые лианы оплетали полки и добавляли помещению свежести. Хотя сейчас нам было не до любования прекрасным.

Было все так же темно: ночь не уходила так быстро, как мне хотелось бы, но еще медленнее тянулись минуты в ожидании Лестера.

Было страшно оттого, что мы не услышали ни единого скрипа с тех пор, как убежали на второй этаж и закрылись в комнате, – от коридора нас отделяли матовые стеклянные двери, и трогать их никто не решался.

Лин замерла напротив меня с опустошенным, но смиренным выражением лица: по ней было видно, что она просто приняла то, что только что услышала.

— Так тихо… – было первым, что сорвалось с ее тонких губ.

Я неловко поежилась от ощущения, что за нами следят, но знала, что позади никого нет: мы были одни в комнате отдыха, и казалось просто нереальным то, что помимо нас здесь мог бы оказаться кто-то другой.

Ни звука, кроме нашего дыхания и редких переговоров: ни хруста, ни криков, никаких признаков далекой драки. Иногда Лин, наплевав на страх и смятение, подходила к дверям и пыталась расслышать хоть что-нибудь.

— Мне кажется, нам надо спуститься и узнать, что там происходит, – сказала я негромко, – но я надеюсь, что с Лестером все в порядке.

— Я тоже.

Было странно обсуждать все это после того, как я рассказала ей правду о Норте, после всего того, что мы с ней вроде как пережили. Мы обе понимали, что ходили по лезвию ножа, но никто не плакал и не трясся от страха.

Слишком бурная реакция могла сделать лишь хуже, а мы с Лин Шоу были слишком прожженными, чтобы просто так разреветься: бежать уже некуда, прятаться негде.

Мы уже находились в пусть и мнимой, но безопасности – Норт внизу, и он лучше нас знает, как пользоваться теми особенностями, что имеет, даже если на его совести и были людские жизни, как бы погано это ни звучало.

Лин посмотрела на мобильный, сжатый в руке, и только тогда я заметила, что она завела палец над кнопкой экстренного вызова.

— Думаешь, стоит того? – спросила девушка едва слышно. – От Норта ни слуху ни духу…

Никогда в жизни я еще не думала о том, что полное отсутствие каких-либо звуков может пугать сильнее, чем истошные крики. Глядя на то, как сонная Лин машинально кружит пальцем над зеленой кнопкой вызова, я думала только о том, каким она представляет себе наше дальнейшее будущее.

— А почему ты сразу не сказала?

— Мне было страшно, – чистосердечно призналась я.

Кому захочется признавать собственные слабости? Но я была не из тех, кто их стесняется: не всегда они означают, что ты плохой человек. Просто иногда требуется больше времени, чтобы сопоставить все, что роится в голове, словно в осином гнезде, и доказать себе – не кому-то еще, а именно себе, что это не конец.

— Мне тоже было бы страшно…

Лишь минут пятнадцать спустя в коридоре послышались тихие шаги, а ручка двери беспокойно дрогнула: в комнату зашел Лестер Норт, и ему пришлось почти нагнуться, чтобы не задеть дверной проем.

— Я не знаю, как спросить… – Лин закусила губу и развела руками, – что это было?